Рейтинг@Mail.ru

Д. П. КАЛЛИСТОВ. СЕВЕРНОЕ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ В АНТИЧНУЮ ЭПОХУ

Д. П. КАЛЛИСТОВ. СЕВЕРНОЕ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ В АНТИЧНУЮ ЭПОХУ 2018-04-05T13:35:04+00:00

К этому нужно прибавить, что раньше боспорские правители, по всем признакам, располагали значительной наёмной армией. С помощью этой армии они могли обеспечить не только целостность, но и дальнейшее расширение подвластной им территории. Теперь Боспорское государство уже не имело прежних финансовых возможностей. Численность наёмной армии должна была неизбежно сократиться.

Между тем наступательная активность «варваров», граничивших с боспорской территорией, и сепаратистские тенденции тех племён, которые признавали себя боспорскими подданными, должны были сказаться с особенной силой. Эксплоатация местного населения греко-скифской придворной знатью во главе с самими Спартокидами не могла не вызвать реакции.

В то же время и боспорские города, видевшие раньше в Спартокидах силу, способную обеспечить их торговые интересы и защитить от внешней опасности, теперь утрачивали стимул к их поддержке.

Таким образом, стремление правительства Боспора хотя бы внешне поднять свой падающий авторитет представляется вполне закономерным.

Впрочем, эта новая, сказавшаяся в официальной титулатуре боспорских правителей тенденция вряд ли могла найти для себя место в политике Спартока, если бы почва для неё не была подготовлена всем предшествующим ходом исторического развития Боспора. Процесс постепенного сращивания верхних рабовладельческих и торговых слоёв городского населения с местной эллинизировавшейся знатью, к среде которой принадлежали сами Спартокиды, к рассматриваемому времени, несомненно, достиг уже значительных результатов. Местное общество в целом всё в большей и большей мере подвергалось воздействию процесса социально-имущественного расслоения, стиравшего этнические грани и заменявшего их гранями социальными.

Местные элементы все больше и больше вливаются в состав населения городов, некогда основанных греческими переселенцами. Полисные традиции боспорских городов к этому времени уже успели стать далёким прошлым. В результате попытка, предпринятая в годы правления Спартака II, нивелировать перед лицом центральной власти прежнее различие в положении её подданных в сложившихся условиях могла найти для себя почву.

Впрочем, в данном случае, применительно к Спартаку, можно говорить только о первых шагах боспорского правительства в этом направлении. Новая титулатура утверждается не сразу. Преемник и сын Спартака Перисад, имя которого уже упоминалось выше в связи с посольством в Египет, в одной из пантикапейских надписей с его именем титулуется, как и встарь, архонтом Боспора и Феодосии и царём синдов, всех меотов и татеев. Правда, в другой надписи — на пьедестале воздвигнутой ему родосцами статуи — он именуется царём и сыном царя Спартака. Ещё в двух надписях он также именуется только одним титулом царя.

Перисад, о котором идёт речь, является последним боспорским правителем из династии Спартокидов, начальную дату правления которого сообщает Диодор. На этой дате боспорская хронология Диодора обрывается. Наступает период боспорской истории, который почти не нашёл отражения ни в литературных источниках, ни в надписях. С трудом, и то очень приблизительно, удаётся установить лишь имена боспорских правителей и последовательность их правления.

Благодаря Страбону и херсонесскому декрету в честь Диофанта известен конечный результат этого периода. Свидетельство Страбона, о котором сейчас идёт речь, отличается краткостью. Страбон сообщает, что понтийский царь Митридат Евпатор сделался властителем Боспорского государства, которое ему «добровольно» уступил боспорский царь Перисад. Вот и всё.

При каких обстоятельствах и почему этот Перисад, последний представитель династии боспорских Спартокидов, передал свою власть Митридату Понтийскому, Страбон не поясняет. Только благодаря замечательной работе акад. С. А. Жебелева о последнем Перисаде и скифском восстании на Боспоре мы можем теперь ответить на этот вопрос.