Рейтинг@Mail.ru

Д. П. КАЛЛИСТОВ. СЕВЕРНОЕ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ В АНТИЧНУЮ ЭПОХУ

Д. П. КАЛЛИСТОВ. СЕВЕРНОЕ ПРИЧЕРНОМОРЬЕ В АНТИЧНУЮ ЭПОХУ 2018-04-05T13:35:04+00:00

Из упоминаемых танаисских надписей выясняется следующая любопытная особенность политической структуры города: наряду с архонтами, возглавлявшими греческую часть населения, так называемыми «эллинархами», здесь существовали и особые «архонты танаитов», видимо, представлявшие местную его часть. Таким образом, присущая всему строю боспорской жизни двойственность в Танаисе нашла своё выражение в структуре магистратур. Совершенно очевидно, что в более раннее время эта особенность политической структуры города отражала известную обособленность греческой группы населения от населения местного. Деление населения Танаиса на две административно обособленные группы, очевидно, явилось результатом известного компромисса: ни греки, ни «варвары» не хотели уступить друг другу политического преобладания, но вместе с тем они были связаны друг с другом прочными нитями взаимной экономической заинтересованности.

В рассматриваемое время эти деления, видимо, сохранились лишь как пережиток. Длительный процесс взаимодействия обоих элементов населения привёл к тому, что господствующий в Танаисе слой был по своим этническим признакам слоем смешанным. Об этом свидетельствуют также надписи. Из них видно. что среди «эллинархов» встречаются люди со смешанными негреческими именами, а один из «архонтов танаитов», например, носит такое чисто греческое имя, как Димитрий, сын Аполлония. Не отражает наличия обособленных этнических групп и некрополь Танаиса.

Сходные явления наблюдаются в исторической жизни всего Боспора веков нашей эры. Новое в ней заключается в том, что соотношение между «варварскими» местными элементами культуры и элементами культурного уклада греков постепенно и неуклонно изменяется в сторону перехода преобладания на сторону «варваров», как о том свидетельствуют встречающиеся в надписях имена и самый язык надписей; непрерывно развивавшийся процесс ассимиляции местного населения с греческим существенно изменил этническое лицо Боспора.

Этнический состав боспорского населения этого времени вообще отличается пестротой. Из надписей нам, например, известно, что в штате государственных должностей существовала особая должность аланских переводчиков, очевидно, нужная боспорскому правительству для постоянных сношений с племенами аланов. Из надписей нам известно и о появлении на Боспоре еврейской общины.

Для управления столь разнородными подданными Боспорское государство нуждалось в большом административном аппарате.

Необходимость содержать бюрократический аппарат и одновременно большую армию поставили Боспор перед лицом тех же самых неразрешимых трудностей, которые так нам хорошо известны из истории Римской империи, начиная с времени последних Антонинов и Северов. Являясь по природе своей государством рабовладельческим, Боспор в этом отношении разделлил судьбу Римской империи.

G этой точки зрения весьма показательны боспорские эпиграфические документы об отпуске рабов на волю. Они появляются среди боспорских надписей, только начиная с I в. н. э.

Предшествующий период их не знает. Самый факт отпуска рабов на волю является одним из характерных признаков разложения рабовладельческой системы. К сожалению, мы не располагаем сведениями, приобрело ли это явление на Боспоре достаточно широкий характер.

Другой бросающейся в глаза особенностью исторической жизни Боспора явилось широкое распространение во II—III вв. н. э. всякого рода религиозных союзов, связанных с развитием монотеистических культов. Из целого ряда надписей мы знаем о появлении их во всех крупных городах Боспора: Пантикапее, Феодосии и особенно Танаисе. В этом случае мы, следовательно, снова встречаемся с явлением типичным для общественной жизни Римской империи последних веков её существования.

Приблизительно с середины III в. н. э. начинается период быстрого и экономического и политического упадка Боспора. Исключительная скудность и фрагментарность источников по этому последнему периоду боспорской истории не позволяет проследить этот процесс с желательной полнотой. Тем не менее главное нам ясно. Это было время, когда на исторической арене уже появились силы, вскоре затем опрокинувшие Рим, подточенный изнутри непримиримыми противоречиями рабовладельческого строя. Боспору, как рабовладельческому государству, находившемуся на самой окраине античного мира, одному из первых пришлось столкнуться с этими силами. Напор «варваров» на его границы увеличивался из столетия в столетие с нарастающей силой. Результатом вторжения гуннов было почти полное прекращение жизни в большей части боспорских поселений. Хронологическую веху в этом процессе распада Боспорского государства дают боспорские монеты. В 332 г. на Боспоре в последний раз были выпущены медные монеты с грубыми изображениями бюста боспорского царя Рискупорида VI на лицевой стороне и бюста императора Константина на обороте.