Рейтинг@Mail.ru

Древние культуры Кавказа и причерноморских степей

Древние культуры Кавказа и причерноморских степей 2018-04-05T14:07:59+00:00

Итак, в погребении было 8 трубок, у верхних концов которых на продолжении их осей лежало 12 наконечников стрел и 17 сегментов; с трубками же связаны обломки накладок. Эти моменты и представляются важнейшими из того, что не было замечено Фармаковским.

Обратимся теперь к некоторым позднейшим реалиям, проливающим свет на этот комплект находок. Иранистам хорошо известен так называемый барсом — барсман — брасман — баресман, ритуальный пучок прутьев зороастрийского жреца, непременный атрибут богослужения перед алтарем огня. Эти прутья, изготовлявшиеся из веток ивы или тамариска, известны уже Страбону (XV, III, 11). Они использовались для разжигания священного огня и при гадании. Сам термин «барасман» имеет два значения: 1 —священный огонь, 2 — пучок ритуальных прутьев. Изображения таких пучков в иранском искусстве известны начиная с луристанских бронз 12. Очень показательны фигуры магов с барсомами в руках на пластинах Амударьинского клада, где они повторены 24 раза 13. Семантику пучка иллюстрируют сасанидские изображения: на рельефе Арташира II их держит Митра, причем прутья символизируют его стрелы — солнечные лучи 14. По Фрейману, «эти жертвенные ветки — baresman — являются отражением небесного вышнего огня, который в них заключен в основном, первоначальном значении этого слова, значении, вытекающем из его этимологии baresman (brazman), brahman…» 15. Установление этимологического родства авестийского термина с ве-дическим «брахман»16 вводит этот символ в широкий круг важнейших мировоззренческих понятий индоариев: «Брахман — это и сам абсолют, и персонификация высшего божества, и его священнослужитель, и идеальная мировая субстанция («Брахмо — обряд приношения, Брахмо — жертва, приносимая Брахмо в пламя Брахмо… В вечное Брахмо идут те, кто вкушает амриту остатков жертвы…» и т. д.— Бхагаватгита, IV, 24, 3217). Индийские ритуалы знают близкий аналог баресмана — палочки для ароматических воскурений, а на более высоком, знаковом уровне таким является пучок стреловидных молний — ваджра (санскр. vajra — молния), медное, золотое или железное оружие Индры 18, находящая соответствие в славянских языческих перунах (слово «перун» означало и молнию, и громовержца, и, возможно, в одном из ранних значений стрелу — оружие с оперенным древком: отсюда и Перун — бог, метающий огненные стрелы 1S, у хеттов и других народов древности.

Сравнительный материал

Сравнительный материал

Рис. 2. Сравнительный материал

1 — жрец с пучком прутьев (изображение на пластине из Амударьинского клада); 2— погребение 4 кургана 4 могильника Мечет-Сай, по К. Ф. Смирнову: 1 — деревянные прутья, 2 — часть блюда, 3 — органический тлен; 3 — погребение 12 кургана 3 группы Брюховецкая I; 1 — наконечник стрел,

2 — железные прутья, 3 — кремень, 4 — органический тлен

Связка прутьев, за которой стоит обширный мир образов и понятий, была распространена не только у иранцев и индусов. Хорошо известно сообщение Геродота (IV, 67) 20 о скифских энареях — жрецах и прорицателях, гадающих на ивовых прутьях, а в случае обмана сжигаемых в повозке с такими же прутьями. До недавнего времени археологи знали лишь одно погребение с этими прутьями — не скифское, а савроматское, в кургане 4 Мечетсайского могильника в Оренбуржье (раскопки К. Ф. Смирнова). Здесь с необычно пышным огневым ритуалом (могила была буквально завалена горящим деревом) похоронили явно сакральное лицо. Благодаря обугливанию прекрасно сохранились часть деревянного жертвенного блюда и лежавший под ним пучок прутьев из веток тополя длиной примерно по 60 см. Автор однозначно связывает их с текстом Геродота и авестийским баресманом 21 (рис. 2, 2). В 1978 г. Кубанской экспедицией ЛОИА было раскопано сарматское погребение с набором из 8 железных прутьев и лежавших на их линиях железных наконечников стрел (рис. 2, 3). Если прутья были древками стрел, то такие стрелы не могли использоваться как боевые. Для сармат известны факты замены деревянных частей ритуального оружия железными: так, в Остром кургане у станицы Ярославская неолитический каменный топор был насажен на длинную железную рукоять 22. Видимо, и стрелы из Брюховецкой имели культовое назначение. Показательно точное, до деталей совпадение обрядовых признаков обоих комплексов (поза, ориентировка, органический тлен, расположение прутьев), имеющее особое значение в свете целого ряда параллелей между погребениями с западной ориентировкой в Северном Прикубаиье и савроматами Поволжья, включая могилы «жриц» с алтарями 23.