Рейтинг@Mail.ru

Древние культуры Кавказа и причерноморских степей

Древние культуры Кавказа и причерноморских степей 2018-04-05T14:07:59+00:00
Бронзовый топор с изображением собаки, с. Тли

Бронзовый топор с изображением собаки, с. Тли

Рис. 1. Бронзовый топор с изображением собаки, с. Тли, погребение 51

 

Бронзовый топор с изображением собаки, с. Тли

Бронзовый топор с изображением собаки, с. Тли

Рис. 2. Бронзовый топор с изображением собаки, с. Тли, погребение 161

 

Графическое искусство Центрального Закавказья изучено по графическому декору бронзовых поясов. Вот что пишет М. Хидашели: «Изображенные на поясах фигуры, выполненные в графической манере, подчеркнуто декоративны и сильно стилизованы. Моделировка формы на плоскости условна и линейна… В связи с сильной стилизацией пластические элементы декора превращаются в декоративно-орнаментальные и отличить их друг от друга не удается». И далее: «…бронзовые пояса характеризуются функциональным, художественно-декоративным и стилистическим единством, что позволяет предположить, что мы имеем дело с одним художественным феноменом, являющимся общим для всего  Центрального Закавказья»10. Сравнение художественного стиля этих памятников позволяет установить их стилистическое.

Бронзовый топор с изображением «мальтийского» креста и собаки, с. Тли

Бронзовый топор с изображением «мальтийского» креста и собаки, с. Тли

Рис. 3. Бронзовый топор с изображением «мальтийского» креста и собаки, с. Тли, погребение 52

 

Бронзовый топор с изображением оленей, Чебарухский клад

Бронзовый топор с изображением оленей, Чебарухский клад

Рис. 4. Бронзовый топор с изображением оленей, Чебарухский клад

Композиции всех этих памятников носят одинаковый декоративно-орнаментальный характер.

 Каждый из памятников отличается существенными особенностями, но не переступает границы общего и единого для них художественного стиля.

Итак, анализ фактического материала приводит нас к выводу, что графическое искусство, как определенный художественный феномен, явление исключительно цельное, самобытное и типичное именно для Закавказья определенного времени.

Для понимания данного явления первостепенное значение приобретает его правильное размещение во времени.

Когда мы сопоставили существующие для колхидской и кобанской культур датировки и результаты исследования конкретного материала, перед нами раскрылась довольно своеобразная картина культурного феномена, яркого, самобытного, но застывшего как по содержанию, так и по форме на протяжении более чем полтысячелетия. Это противоречит как общим представлениям об историческом процессе, так и тому, что известно о социально-экономическом развитии Кавказа в эпоху поздней бронзы и железа 11.

Изучение графического искусства художественных памятников позволило выявить, что в нем получила отражение мировоззренческая система, соответствующая одной определенной стадии развития представлений о силах природы, когда происходит их персонификация в тех или иных символах и изображениях. Однако в содержании декора мы не наблюдаем эволюций сюжетов или персонажей; все они тесно переплетаются по смыслу в единое целое. Общий характер выражения, формы, как мы убеждаемся, определяется набором более или менее стереотипных элементов, комбинации которых по четкому декоративному принципу создают неповторимый облик этого столь многообразного, но цельного искусства. Вместе с тем именно в форме, в ее динамичности, манере ее трактовки проявляется тенденция развития от схематического натурализма к геометричности и стилизации. Это позволило наметить определенную последовательность в датировке. Графическое искусство Закавказья как определенный, конкретный художественный феномен бытует с самого конца IX в. до н. э. до I половины VI в. до н. э. включительно 12.

Указанные обстоятельства позволяют нам предполагать, что применение термина «звериный» по отношению к кавказскому графическому искусству не вполне правомерно, поскольку, кроме изображений животных, здесь широко использованы также антропоморфные изображения. II если всякие виды искусства, где встречаются изображения животных, объединить под названием «звериный», в этом случае мы получим множество различных «звериных» стилей: на Кавказе — урартский, ганджа-карабахский, колхидский; в Передней Азии — луристанский, в Европе — гальштатский, и, наконец, по тому же принципу к нему можно относить ми своими многообразными изобразительными средствами, в частности— графическое искусство.