Рейтинг@Mail.ru

Древние культуры Кавказа и причерноморских степей

Древние культуры Кавказа и причерноморских степей 2018-04-05T14:07:59+00:00

Единственная попытка привлечь данные погребального ритуала, сравнимого якобы с прослеженным на Учтепе, принадлежит Я. А. и Г. С. Федоровым, сопоставившим наличие камней в дромосах верхнечи-рюртовских катакомб со «способом… оградить от грабителей впускное погребение Учтепинского кургана» 7. Правда, исследователи оговаривали отличия в обряде дагестанских курганов с катакомбами от впускной могилы из Учтепе. Однако единственная намеченная ими линия сопоставления осталась недоказанной: в Учтепинском кургане камни принадлежали основному захоронению, лежали в непосредственной близости от впускного захоронения и найдены были не в пределах ведущего к нему хода, а «на склоне кургана ниже и вокруг начала хода», куда они, по мнению автора раскопок, были «несомненно вынесены в период сооружения и использования хода из центральной части кургана». Таким образом, ход не был забит камнями, а их наличие в «отводах» не увязывается с мерами, направленными против грабителей 8.

Не дает оснований для пересмотра позиции А. А. Иессена и проведенная его оппонентами ревизия инвентаря. Ни введенное в его состав «обилие золотых украшений конского набора» (в кургане не найдены ни останки коня, ни достоверные остатки сбруи), ни указание на присутствие «мечей» (найден лишь один) не позволяют предпочесть выдвигаемую Федоровыми болгарскую, точнее, савирскую атрибуцию 9, хотя их солидарность с мнением о разноплеменном составе участников тюркютских набегов на Закавказье и представляется обоснованной 10.

Мифический «второй меч» включен и в другую, более радикальную и аргументированную попытку пересмотра взглядов А. А. Иессена. Г. Гропп, очевидно, счел «коротким мечом» обычных размеров нож, который и сопоставил с мечом на рельефе Шапура III в малом гроте Так-и Боетана 11. С очень содержательным осмыслением рельефа и связана ошибочная интерпретация Г. Гроппом учтепинского захоронения как принадлежащего персу. Возражая против моноэтнического (тюркского) происхождения поясов, подобных представленным в Так-и Бостане, Г. Гропп предложил противоположное направление в заимствовании, утверждая, «что народы Центральной Азии переняли сасанидское обозначение ранга», выраженное составом пояса 12.

Веские возражения против абсолютизации значения изображений Так-и Боетана привел И. Вернер, считая, что «нет оснований для персидского приоритета в происхождении многочастных гарнитуров по сравнению с византийским, аварским, лангобардским или славянским». По его мнению, речь идет «о приблизительно одновременно охватившей широкие области моде» 13. Эти доводы, ослабляющие «ираноцентристскую» позицию Г. Гроппа в целом, можно дополнить конкретными материалами из Учтепе. В частности, череп погребенного сближается с типом Среднеазиатского междуречья, характерным для «сарматов низовьев Волги, для населения Правобережного Цимлянского поселения, для населения, хоронившего своих покойников в Зливкинском могильнике». На этом основании В. В. Гинзбург допускал как вполне вероятное северное (степное) происхождение захороненного14.

Особое место в толковании погребения занимал перстень с пехлевийской надписью. Г. Гропп полагал, что принимает ее чтение, предло-женное В. Г. Лукониным, но В. Г. Луконин видел в y’tgwb надписи не личное имя, а указание профессии — «адвокат» 15. Ч. Балинт уже выразил оправданные сомнения в способности перстня служить доказательством иранской принадлежности погребенного, отрицая при этом, что перстень является печатью. В последнем он не прав 1б, но для атрибуции захоронения не важны в данном случае ни это обстоятельство, ни детали чтения. Несомненно — это личная иранская печать, но самостоятельно она так же мало способна определять этнический облик памятника, как и взятые отдельно античная гемма или византийская монета. Именно кочевнические могилы «примиряют» в составе инвентаря дорогие вещи иранской и греческой работы, и лишь в редких случаях можно обоснованно судить о конкретных путях поступления этих вещей в степь 17.