Рейтинг@Mail.ru

Дж. А. Лонгворт. Год среди черкесов ТОМ II

Дж. А. Лонгворт. Год среди черкесов ТОМ II 2018-04-05T13:45:56+00:00

И их подозрительность имеет основания; они не забыли, что первая экспедиция, предпринятая русскими на Кавказе, была проведена с целью изучения и присвоения этих рудников. На четвертый день после нашего прибытия мы увидели большое стечение людей обоих полов в священной роще возле залива. Звуки музыки и веселья весь день доносились из глубин древнего леса и очень возбуждали наше любопытство, тем большее, что нас не пригласили туда, а мы сами не хотели вторгаться туда без приглашения. Однако переводчик Надира Хаджи, который, особенно когда пахло развлечением и хорошей едой, не был таким щепетильным, стал наблюдателем, и никоим образом не праздным, этих торжеств. От него мы узнали о причине, почему нас не пригласили. Люди собрались, чтобы отпраздновать языческий праздник, и поскольку истинный мусульманин никогда не посещает подобные торжества, они заранее решили, что и мы откажемся одобрить их. Нам доставило большое удовольствие слушать, как Хаджи описывал обряды. Деревянное изображение божества Сеозереса, состоящее из столба с палкой, помещенной крестообразно на вершине, было воткнуто в центре рощи, а парни и девушки, образовав кольцо, танцевали вокруг него. Старейший из присутствующих патриархов, исполнявший роль священника, выступил затем вперед и произнес благодарственные молитвы за хороший урожай. Подношения в виде хлеба, меда, треугольных ватрушек с сыром и, наконец, объемистая чаша с бузой были должным образом поднесены идолу, а когда он пе проявил к ним интереса, они были вручены его почитателям, которые, очевидно, имели больше аппетита. В завершение всего к подножию деревянного божества подвели быка и там принесли в жертву, зарезав его камой. Затем тушу унесли, зажарили и распределили среди людей, чтобы они могли поесть и повеселиться.

Это, кажется, главная вещь, которая собирает их там вместе, и пока ислам будет давать оправдание таким праздникам и чувству товарищества, представляется невероятным, чтобы веселые старые языческие обряды были быстро забыты. Отступление русской армии,- Прием Надир-бея в Цемезе. — Вскрытие могильного холма,- Мы прощаемся с цемезцами, Мы оставили Джуту 1 октября и прибыли на Шапсин тем же путем, каким пришли сюда. Весь замкозахватный энтузиазм моего компаньона снова загорелся при виде нового форта. Мы близко рассмотрели его с вершины холма, обрывисто спускавшегося в долину в нескольких сотнях ярдов от него и с которого его можно было очень легко обстрелять из пушек. Местность казалась пустынной, поскольку была оставлена армией двумя неделями ранее. Я не мог не посочувствовать несчастному гарнизону в его перспективах, поскольку русские были обречены на печальное заточение в течение по меньшей мере шести месяцев, когда все коммуникации с их соотечественниками могли быть им отрезаны как с моря, так и с суши. В то же время форт причинял черкесам не больше беспокойства, чем, как они сами выразились, одни старый могильный курган, торчавший в глубине их лесов.

Правда, появление в любое время вооружеиных людей в окрестностях (как мы сами поняли по суматохе на крепостных валах), можно полагать, быстро пробудило бы их от их летаргии. Стена форта была высотой около 15 футов, защищена бойницами с тяжелой артиллерией и бастионами на флангах. Вожди черкесов, которые не увидели в этом форте ничего интересного или нового, со всей возможной скоростью помчали нас к нашему кунаку на эту ночь, дом которого был отсюда почти в трех милях, но Надир, весь занятый своим предприятием, пи в коей мере не удовлетворился беглым осмотром крепости и решил осмотреть ее более тщательно следующим утром. На рассвете, пока еще никто не поднялся, мы оседлали наших лошадей и в сопровождении только Кучука, помощника Надира, поскакали по своим же следам вдоль зеленых берегов Шапсина. Вышка и зубчатые стены крепости постепенно освещались восходящим солнцем, когда спешившись на небольшом расстоянии от форта, мы, переползая от куста к кусту, подобрались па расстояние мушкетного выстрела к степам и смогли разглядеть лица часовых. Завершив обзор, мы галопом вернулась к кунаку. Роса еще не сошла с травы, когда мы прискакали, но вожди, которые уже собрались вместе за время нашего отсутствия, были явно обеспокоены нашим утренним путешествием. Они решительно возражали против каких-либо наших передвижении без охраны и намекнули, что столь ранний визит к русской крепости может быть превратно истолкован народом. Вероятно, именно поэтому они поехали кружным путем через лес, чтобы избежать крепости в Пшаде. На ночлег 2 октября мы остановились в доме в долине Хандер-бей, которая, как я говорил выше, отделена крутым горным барьером от Геленджика, куда, как мы узнали, в тот же день прибыл сам император Николай на пароходе.

Мы имели честь расположиться всего в каких-то трех милях от него. Кажется, он все-таки решился наконец посетить свои кавказские провинции. Однако он удовлетворил свою любознательность лишь беглым обзором их — чем-то вроде быстрого птичьего или скорее лисьего взгляда украдкой — от Анапы до Геленджика. Были предприняты все предосторожности, чтобы обеспечить безопасность этому эксперименту. Армия, бросив скот и запасы вместе с несколькими сотнями умерших, чьи кости, в некоторых случаях непогребенные, мы видели белеющими на дорогах, прибыла сюда форсированным маршем, чтобы защитить его императорскую особу. Все высоты над нами, занятые сильными кордонами, поблескивали штыками, чтобы его наблюдения не были бы ненароком прерваны, но были бы проведены со спокойствием и равнодушием, которые Локк объявляет необходимыми для того, чтобы сделать верное заключение. Но рок распорядился иначе.