Рейтинг@Mail.ru

Дж. А. Лонгворт. Год среди черкесов

Дж. А. Лонгворт. Год среди черкесов 2018-04-05T13:44:06+00:00

В целом влияние ислама па Кавказе было благотворным как с моральной, так и с политической точки зрения. Наконец — это мое личное убеждение, и я говорю это без боязни, будучи также убежден интересы христианства никогда не поддерживались искажением того, что мы считали истиной. «Религия всех без исключения язычников,- говорит один из наших величайших моралистов,- часто описывалась ревностными христианами в худшем духе Пэйпа и Вольтера». С догмами и теологическими вопросами, «столпами веры» основная часть населения, как и повсюду в других местах, не очень знакома, но то, что более всего практикуется в религии и служит основанием всех их моральных обязательств — это их ответственность перед Богом, создавшим их, и их надежды и страхи перед будущим являются у них наиболее ощутимыми и понятными. Подчинением этому сверхчеловеческому трибуналу, положения которого относительно добра и зла позитивны и непреложны, долг человека перед ближним помещен на базе, очень отличной от песчаной и зыбкой базы целесообразности — единственной, каковой мировые доктрины утилитаризма стремятся заменить его, который в такой стране, как Черкесия, является естественным следствием ее гражданских институтов (это будет видно по моему очерку их племен.)

Там, где враждебность, так же, как и дружеские отношения превалирует в обществе, и где месть является обязательным завершением правосудия, мошенничество и сила естественно возводятся в добродетель. Древняя религия этой страны, как и у всех язычников, мало связана с моралью. Ее божества умилостивлялись или ублажались как податели благ или бедствии, но их не считали вмешивающимися в большой степени в дела самих людей. Ислам, напротив, в этом отношении наиболее догматичен, и настолько, что его совместимость со столь щепетильными институтами может быть делом поразительным, если мы упустим из виду, что и само христианство было внедрено ко многим племенам как сравнительно чужеродный элемент. Однако христианство утверждает свою власть только над сердцами и умами людей. Ислам же претендует на временную юрисдикцию, и поэтому ополчается против всего, что отрицает его верховенство. Его уравновешенные принципы разрушают здесь власть дворян, и несмотря на упорство, с каким эта система здесь сохраняется, я полагаю, в конце концов он разрушит и административную власть племен. Если пределы, которые я предполагаю, допустят это, то развитие такого спора между ними может стать темой интересного исследования, сейчас же я в состоянии только бросить беглый взгляд на те преимущества, которые ислам несет с собой сюда.

Одна из главных рекомендаций этой религии людям, так же, как и поручительство в ее искренности, заключается в ее дешевизне — она не стоит им ничего; функции священнослужителей, имама или моллы, совершенно не оплачиваются, проистекают из высшего образования или благочестия и сочетаются с любым другим занятием. Кади или магистраты получают вознаграждение только за время и внимание, которые они уделяют делам общины. Другой источник благосклонности, получаемый этой религией, нужно искать в ее моральных заповедях, заимствованных в большой степени из самого Евангелия и строго в соответствии с естественными велениями правосудия и гуманности. Однако я считаю главной причиной, которая наиболее способствовала ее упрочению, чувство равенства, которое дворянское усердие, исходя из своих духовных запросов, не только внушает, но и внедряет силой между людьми. Для тех, кто действительно считает свое достоинство наследником славного бессмертия, разве что-нибудь значат земные знаки отличия? Я понимаю, что это чувство, если намерения его божественного основателя должным образом осуществляются, может быть более могущественным у последователей христианства.