Рейтинг@Mail.ru

Дж. А. Лонгворт. Год среди черкесов

Дж. А. Лонгворт. Год среди черкесов 2018-04-05T13:44:06+00:00

Часто в безмолвной ночи,

Прежде, чем меня охватит цепью сон,

Нежная память приносит свет Других моих дней.

Мои грезы о доме и Англии странным образом сочетались с дикой и романтичной сценой, па каковой они возникали; хотя они и были яркими, все же они не могли поглотить мои размышления.

Мои грезы были прерваны очень грубо. Громкие человеческие крики вдруг смешались с другими звуками, и мгновенно двор стал сценой неописуемого смятения. Я подумал, что на нас напали русские, и первым моим порывом было вскочить и схватить оружие. Мое предположение подтверждалось низкими приглушенными криками на турецком и черкесском языках, звучавшими со всех сторон: «Гяур гелди! Гяур гелди!», и я ворвался в дом для гостей, где я оставил моего друга.

Оказалось, что все эти звуки и крики издавал мой переводчик-грек, который говорил сразу на четырех языках; более того, он рьяно размахивал своей саблей перед ошеломленным мистером Беллом, который из всех слов, которые он знал, мог сейчас понять лишь одно итальянское — фемина, из чего стало ясно, что в этом деле замешана женщина. Между тем гул голосов никак не уменьшался; во дворе прозвучал выстрел, ему ответил один, другой, третий, каждый слабее предыдущего. Эти сигналы означали, что если русские, вопреки их обыкновению, предприняли ночную атаку, то черкесы готовы к ней и несомненно отразят ее. Наше жилище оказалось заполненным воинами, вооруженными до зубов; на их диких яйцах было написано восхищение и острое любопытство, но не тревога. Наконец, мы получили объяснение происходящему.

Дело, вызвавшее всю эту суматоху и оказавшееся достаточно смешным, стало для меня весьма серьезным. Я узнал, что моя рабыня, которой меня снабдил Хаджи, сбежала. Деметрий, заменивший старого мошенника в заведовании всеми товарами, в том числе и сбежавшей частью, заподозрил нечестную игру, о которой я уже упоминал, и поэтому был настороже, расположив свою постель у порога комнаты той девушки. Однако его бдительность не устояла против его усталости; он впал в дремоту, которая, по его словам, длилась не более десяти минут, а по пробуждении обнаружил, заглянув в гарем, что птичка улетела . Семь тысяч пиастров из его имущества исчезли в одно мгновение — потеря, которая взбесила и убила юного торговца, поскольку он не мог восполнить ее.

Дело требовало расследования, и мы отправились во двор. Там все было в волнении. Лай собак, крики мужчин и вопли женщин были поистине ужасны; в то же время факелы из сосновых веток, двигаясь в разных направлениях, проливали красный мерцающий свет па усадьбу и окружающие заросли, в которых уже начались поиски, и дали нам возможность, хотя и не очень отчетливо, определить, что же произошло.

В одной части двора наш энергичный друг великан Тугуз выпытывал правду у Хаджи. Он загнал старого плута в угол, одной рукой схватил его за бороду, а другой держал свою каму у его горла. Но наиболее необычную и привлекательную часть сцепы представляли женщины, которые, сгрудившись толпой с распущенными волосами и в нижнем белье, позволявшем свободно разом увидеть все их прелести, все вместе кричали и жестикулировали так, что их невозможно было остановить. Как мне сказали, их обвинили в соучастии в бегстве рабыни, и они прибегли к обычному, хотя и не очень логичному методу всего прекрасного пола, чтобы доказать свою невиновность. Однако здесь было несколько наблюдателей, которых все это возмущение нисколько не убеждало, и среди этих недоверчивых личностей был наш старый кунак Шамиз, который очень спокойно курил свою трубку и ничего не говорил, за исключением одного слова мне на ухо, подтвердившего, что все так и есть, и что мое имущество может быть обнаружено немедленно.