Рейтинг@Mail.ru

Эдмонд Спенсер. Путешествия в Черкесию

Эдмонд Спенсер. Путешествия в Черкесию 2018-04-05T13:43:09+00:00

Суд всегда совершается в священной роще под открытым небом и их решения считаются самыми справедливыми по отношению к их соплеменникам; они, тем не менее, не столь справедливы, когда это касается иностранца, с которым они не заводят никакого дела. Эти национальные ассамблеи всегда возглавляются вождем и главными старейшинами земли; и проводятся совершенно по их древнему кодексу законов, который является для черкесов священным и неизменным. Нельзя представить себе ничего более интересного и романтичного, чем эти дискуссии, особенно для европейца, привыкшего, как мы, слушать голос судейской власти в величественных зданиях Англии, сопровождаемый искусственным антуражем, который придает решениям почтенный и внушительный вид. Будучи очевидцем этого, я вообразил нашего великого Альфреда. Здесь я видел князя с накидкой на троне под раскидистым балдахином из камыша, окруженного своими соплеменниками и старейшинами, все они внимательно слушают его речь с самым благоговейным вниманием, не позволяя себе говорить до тех пор, пока к ним не обратится ассамблея. Тем не менее, честь председательствующего, или судьи не всегда оказывается князю по его рангу; но за его известные способности выполнять свои обязанности; так как с тех пор, как восстали шапсугские племена, примерно десять или пятнадцать лет тому назад из-за тирании своих князей, все местные вопросы поручаются решению старейшин земли; и правительство почти всех адыгских конфедеративных племен в настоящее время, можно сказать, более республиканское, чем аристократическое.

Ни возраст, ни ранг, ни богатство не имеют какого-либо значения в выборе старейшины; сила, добродетель и дар красноречия — единственное необходимое условие. Дебаты, нужно признать, изредка несколько шумные, так, я часто видел высокомерного сорвиголову, который, найдя, что дискуссия не принимает оборот, благоприятный для его взглядов, поднимается со своего места, кипя от ярости, чтобы прервать оратора; несмотря на это, уважение, оказываемое этим народом к судейской власти, таково, что князю или одному из старейшин необходимо только поднять руку, чтобы молчание немедленно восстановилось.

Их уголовные законы базируются на принципе возмездия. Когда человек совершает убийство, друзья жертвы имеют право требовать или его жизнь, или его имущество; и, насколько я был в состоянии установить, почти неизменно предпочиталось последнее; но т. к. не существует границ в предъявлении претензий в случаях великих преступлений, штраф строго взыскивается. Это доводит до разорения преступника и его семью; если их ресурсы недостаточны, чтобы удовлетворить требования, убийца продается как раб и изгоняется из страны навсегда.

Чтобы дать более ясное представление о специфике отправления правосудия среди этого народа, я приведу несколько примеров. Черкес, возвратившись с грабительской вылазки, продал лошадь, часть своей добычи, соседу, которому он гарантировал, что она совершенно здорова, но, однако, вскоре открылось, что животное получило слабую рану в копыто, но обнаружилось это не раньше, чем конь упал и сломал ногу всадника. Раненый мужчина предъявил свою жалобу старейшинам земли, когда продавец лошади держал ответ и был обложен смягченным штрафом, хотя он старался оправдаться ссылкой на незнание, получив лошадь за несколько дней до этого от черноморского казака во время наступления на границу.

Или вот еще — шапсугский воин, служивший у князя, был на охоте со своим хозяином; оба выстрелили в медведя, который, тяжело раненный и преследуемый охотниками, скрылся на ферме. Вид такого страшного посетителя обратил в бегство жителей; они, стараясь скрыться, с громкими криками бросились наперерез всадникам и одна из лошадей, став неуправляемой, упала и убила своего всадника. Друзья умершего позвали своего князя к старейшинам, моля их о карающем суде. Князь старался оправдаться, доказывая им, что лошадь была здоровой, и предъявил обвинение обезумевшим жителям фермы; оправдание, тем не менее, не было принято, старейшины уверяли, что нервы хорошо обученной черкесской лошади могут выдержать напор не только напуганной улепетывающей домашней птицы, но даже целого войска казаков.