Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Он просил его лишь передать приказы, вопит он, а не обсуждать их. Фюрер беснуется, никогда раньше Йодль не видел его в таком состоянии, но теперь и он срывается на крик. Гитлер в бешенстве прерывает разговор и запирается в бункере, убежденный в том, что стал жертвой интриг своих подчиненных. «Я прекрасно знаю, что речь идет о его заветной мечте, о броске на Персию. Ты ведь знаешь, что Южный Кавказ интересует его лишь как источник нефти. Но могу тебе сказать, что я в жизни не видел, чтобы человек так кипел от злости. […] Так вот, с тех пор он больше не выходит к столу, не подает мне руки и требует, чтобы стенографистки записывали каждое слово, произносимое на ежедневных заседаниях»60.

9 сентября маршала Листа, главнокомандующего не-мецкими силами на Кавказе, снимают с должности. Вскоре после этого смещают и его заместителя, генерала Хальдера, также служившего в высокогорных баварских войсках и, следовательно, подозреваемого в симпатиях к альпийским стрелкам. Гитлер принимает на себя командование военными операциями и откажется от него лишь более чем через два месяца, когда сокрушительное поражение под Сталинградом заставит его пересмотреть приоритеты. Но, даже уступив и подписав наконец приказ альпийским стрелкам отступать с перевалов и занять позиции для зимней обороны, он по-прежнему остается уверенным в своей правоте и в том, что его обманули.

В середине сентября, принимая у себя командующего альпийскими стрелками генерала Конрада, он неоднократно настойчиво просит его «сказать всю правду». Выслушав все разъяснения Конрада, побледневший Гитлер с серьезным видом говорит: «Генерал, а вы не хотите все же попытаться атаковать через горы?» Конрад потрясен, ведь он только что доказал невозможность подобного наступления. И он знает, что войска уже отступают, что его части переброшены на другой фронт, на побережье Черного моря. Стараясь выглядеть спокойным, он повторяет свои доводы. Гитлер снова перебивает его: «А вы не хотите все же попробовать атаковать через горы?» Конрад взрывается: «Нет, не хочу!» — «Жаль, — отвечает Гитлер, — я бы бросил на поддержку вам мои самолеты». Рудольф Конрад пишет в мемуарах о своем замешательстве: «В этот момент я, в ужасе, ничего не понимая, посмотрел на Гитлера. Представляет ли этот человек себе условия высокогорья, операции, реальное соотношение сил в долгой и трудной войне, которой он вроде бы должен руководить?»61 Для полноты ощущений Гитлер сообщает генералу, что итальянские высокогорные части, на поддержку которых тот рассчитывал, были в конце концов переброшены на Сталинградский фронт.


5

В пропастях и на ледниках: советское контрнаступление

На Кавказском фронте пробил час контрнаступления советских войск. Русские знают, что у них осталось лишь несколько недель, чтобы отбить «Приют Одиннадцати» и окружающие перевалы. А Ставка требует быстрых результатов. В первых числах сентября легкий бомбардировщик советских ВВС символически облетает Эльбрус и сбрасывает на вершину четыре двухсотпятидесяти-килограммовые бомбы. Никогда еще старый вулкан не подвергался бомбардировке. «Не моя вина, что на него впервые упали бомбы, — сетует пилот бомбардировщика Евгений Тарасенко, — их взрывы должны были очистить гордое лицо вулкана, замаранное свастикой»62.

Более серьезные шаги намечены на 9 и 10 сентября, когда начинается крупная операция по взятию стратегически важных вершин, где расположились позиции альпийских стрелков. Штурм планируется повести с трех сторон одновременно. Два подразделения идут по традиционному маршруту из долины в направлении Обсерватории и «Ледовой базы», промежуточной станции фуникулера, поднимающегося по юго-восточному склону исполинского вулкана. Одно из этих подразделений, возглавляемое альпинистом Леонидом Кельсом, за два дня преодолело скалистые пики и ледник и дошло до заданной высоты, откуда можно вести штурм южной стороны, поддерживая фронтальное наступление второй группы, поднимающейся по склону.