Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Продвижение становится крайне сложным. «Буран начался ночью, часов в одиннадцать, — рассказывает ветеран Иван Буряк, — нам приходилось идти, ставя ногу в след идущих впереди проводников. Это было ужасно. Но страшнее всего было переходить через широченные ледяные пропасти, а их на нашем пути встречалось предостаточно. До сих пор перед глазами стоят эти бездонные провалы, в которых завывал ветер». Если надо перебраться через узкую расщелину, проводники втыкают в снег свои ледорубы и привязывают к ним веревки в качестве направляющих. Но если впереди широкая пропасть, ее приходится обходить, а это порой означает, что люди вынуждены больше часа брести в глубоком снегу. К двум часам ночи группа доходит до отметки 4200 метров, ос-тается преодолеть еще шестьсот метров, чтобы выйти на заданный маршрут, а потом атаковать немецкую базу. Одежда и обувь уже не спасают от холода, и, в то время как Сидоренко и австриец Шпитцер ищут путь в обход непреодолимой пропасти, люди зарываются в снег. Некоторые засыпают. «Мы говорили друг другу, что уж лучше было бы столкнуться лицом к лицу с врагом, чем подохнуть здесь от холода», — вспоминает Буряк63. Становится ясно, что для многих членов группы еще одна ночь на леднике на такой высоте может оказаться последней.

Проводники проводят совещание, спрашивают мнение политкомиссара отряда. В пять часов утра звучит приказ: «Отступаем». Многие солдаты уже сильно обморозились. Операция не удалась, атаки на альпийских стрелков с тыла не будет.

Что касается третьей группы, состоящей из нескольких сотен человек и идущей в обход вулкана на уровне примерно половины его высоты, на ее долю также выпадают тяжелые испытания. Немецкие военные корреспон-денты, узнав об этом марше протяженностью во многие десятки километров через ледники, приходят в изумление. Тринадцатого сентября Йозефа Бауэра направляют освещать сражение, разгоревшееся у селения Хурзук, к западу от Эльбруса. «Русские обошли массив Эльбруса силами одного полка, явно не имеющего опыта сражения в горах, неся на себе вооружение и припасы, явно с далеко идущими целями! Они прошли по пути длиной семьдесят километров, обозначенному на наших картах едва заметным пунктиром. Маршрут пролегает на высотах до 3500 метров, то есть по нижней границе ледника, и после такого изнурительного семидесятикилометрового марш-броска от полка осталось всего пятьсот человек, которые пытаются спуститься в долину Учкулан». Бауэр продолжает: «Пятьсот человек, притаившихся среди деревьев, под ударами наших разрывных снарядов, которые выкосят их, как траву, это ничто. Это лишь то, что осталось от полутора тысяч человек. Первая тысяча полегла на пути»64.

Эти цифры неточны. Советские историки не приводят вообще никаких цифр. Однако свидетельства, собранные спустя несколько десятилетий, позволяют восстановить картину чудовищного испытания. На пятый день пути солдаты атаковали с опушки леса село Хурзук, самый высокогорныи населенный пункт долины, занятой немецкими войсками. Сражение шло целый день, число жертв с обеих сторон исчислялось десятками. Но советские солдаты не получали подкрепления и не могли эвакуировать раненых. Немцы осветили весь район сражения зажигательными ракетами, вынудив противника к ночному бою; это была уже вторая ночь без сна. Тем временем к немцам подошли подкрепления, обстрел ведется с трех сторон, в дело вступает артиллерия. Советский полк гибнет под огнем врага, уцелевшие пытаются укрыться в горах.

Изголодавшиеся люди поодиночке, прячась от высланных им вдогонку патрулей, снова пытаются преодолеть враждебную им высокую гору, и в это время их настигает буран, уже обрекший на неудачу восхождение их товарищей. В Баксанской долине, откуда вышли все группы, более недели после начала операции с тревогой ожидают возвращения выживших. Немногие вернувшиеся рассказывают, что прошли через ад. Другие будут блуждать еще много дней, раненые, под дождем, тщетно пытаясь утолить голод ягодами, найденными в подлеске. Истощенные, похожие на привидения люди продолжают приходить в долину, не зная, что в их семьи уже разосланы свидетельства о смерти на поле боя, «похоронки», как их называют в Красной армии.