Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Это подтверждает и хранящаяся в архивах официальная версия:

«Отчет об операциях № 23. Штаб 242-й дивизии. Бечо.

17.0. 3.10.1942.

При подходе к “Приюту Одиннадцати” группа Гри-горьянца численностью 102 человека натолкнулась на пулеметный и минометный огонь неприятеля. Группа понесла тяжелые потери и была окружена. Выйти из окружения смогли только четыре бойца. Григорьянц, раненный в обе ноги, остался на поле боя»71. Через несколько ночей авангард разведывательной части, отправленной на место событий, сообщает о страшном зрелище: снежное поле усеяно обледеневшими трупами советских солдат. Среди них разведчики нашли тела лейтенанта Григорьянца и комиссара Кириченко. В числе погибших медсестра. Захватив с собой найденные документы, разведчики вернулись на базу. В этом случае, как и после других сражений на горных склонах, останки солдат будут преданы земле лишь спустя тридцать лет.

Немецкие свидетельства рисуют картину совершенно в иных тонах. Продолжение рассказа майора Майра:

«Вторая группа поддержки занимает позицию напротив впадины, занятой противником. Русский доброволец повторно предлагает советским сдаться. Но теперь наши гранатометы уже могут бить по центру впадины. Обе группы поддержки идут в наступление. Пятьдесят семь русских захвачены в плен. Среди них — старший лейтенант, совершавший восхождение на Эльбрус до войны. Он был ранен выстрелом собственного комиссара. Комиссар покончил с собой во время нашего наступления, когда понял, что положение стало безвыходным. […] Во второй половине дня русские самолеты облетают базу в тщетных попытках найти своих товарищей. Немецкий флаг попрежнему развевается над метеостанцией»72.

Что касается командира горно-стрелковых войск генерала Конрада, в своих военных мемуарах он пишет: «Сражение развернулось на исключительной высоте — 4500 метров, выше базы на Эльбрусе. Группа русских добровольцев, отобранных на основании альпинистского опыта, ведомая проводником из местных жителей, должна была выбить наших солдат с базы и снова занять ее. Противник появился внезапно на опорном пункте в двухстах метрах выше хижины. Был подан сигнал тревоги, начался ожесточенный бой. Мы не оставили противнику никаких возможностей для отступления. Вечером их командир вместе с остатками подразделения сдался майору Хансу Майру»73.

Оставленный в спешке месяцем ранее «Приют Одиннадцати», позволяющий контролировать перевалы и долину, был в руках немцев. В документах Южно-Кавказского фронта можно прочесть своего рода эпитафию группе Григорьянца, чей поход остался в анналах истории Красной армии как один из славных эпизодов битвы за Кавказ:

«Командиру 214-го полка майору Румянцеву. Приказ № 1045.17.10.1942. Зугдиди.

Командующий дивизией приказывает: заместитель командира подчиненной вам группы, лейтенант Григорьянц, все офицеры его группы и весь находившийся с ним личный состав подлежат исключению из списков личного состава полка и должны считаться погибшими. Начальник генштаба полковник Даниленко»74.

Три дня спустя приказом командующего фронтом лейтенант Григорьянц был посмертно награжден орденом Красной Звезды. Его семья в Туркмении получила извещение об этом, но никаких подробностей о месте его гибели ей не сообщили.


Наступает октябрь, а вместе с ним приходят и враги пострашнее егерей вермахта. Зима. Мороз. Снег. Отрезанность от внешнего мира. Лавины. Лучшие проводники и альпинисты Советского Союза, собранные наконец на Кавказском фронте, получают задание обучить подразделения, занявшие позиции в горах. Александр Гусев и его товарищи поднимаются на перевалы, чтобы передать солдатам, вырывшим траншеи и землянки на высоте более 300 метров, некоторые навыки и правила выживания. Они должны понять, что теперь надо больше бояться не немцев, а лавин и холода. Часто солдаты, родившиеся на равнинах или в больших городах, не имеют никакого представления о подстерегающих их опасностях.

И, когда в десятых числах октября выпадает первый снег, начинается настоящий мор. В некоторых местах люди провали-ваются в рыхлый снег по пояс. Передовые подразделения оказываются отрезанными от тыла. В землянках и снежных домиках, служащих убежищем для аванпостов, не хватает топлива. На такой высоте огонь разгорается неохотно, дрова приходится тащить снизу, из долины, люди используют каждое едва тлеющее полено, чтобы хоть как-то просушить промокшую одежду и приготовить чай на воде из растопленного снега. Часто они вынуждены по нескольку дней обходиться без горячей пищи и довольствоваться запасами консервов. Мороз и ветер обжигают лица до черноты, кожа слезает лохмотьями. Защитных очков не хватает, сверкающая белизна вершин надолго ослепляет людей. Отсутствие витаминов сказывается на состоянии десен. А горная болезнь вызывает кровотечения из горла, из носа и из ушей.