Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Эта почетная миссия поручена командиру спешно сформированного осенью отряда альпинистов Александру Гусеву. Москвич, геофизик по образованию, одержимый горами и альпинизмом, Гусев стал одним из покорителей высочайшей вершины Советского Союза — пика Сталина на Памире (7495 м). Эльбрус ему хорошо знаком, с 1932 года он более ста раз взбирался на его ледники. Он был одним из создателей «Приюта Девяти», предназначенного для метеорологов, он зимовал там вместе с двумя товарищами, а не далее как в январе 1934 года стал участником первого зимнего восхождения на вулкан78. Повторение этого подвига спустя девять лет, в условиях войны, под давлением событий и под пристальным вниманием руководства страны — задача не из легких.

В выполнении задачи Гусеву помогают Гусак, Келье, Хергиани, Сидоренко, Моренец, Смирнов и другие лучшие проводники и альпинисты страны. 8—9 февраля прославленные спортсмены тремя группами приходят в «Приют Одиннадцати». Строение похоже на потерпевший аварию дирижабль. Алюминиевые стены испещрены дырами от осколков снарядов и бомб, сброшенных в ходе воздушных атак советской авиации, окна и двери выломаны, матрасы выпотрошены, консервы и высокогорное оборудование разбросаны по земле, но домик не сгорел и не заминирован. На стенах пришедшие видят вырезки из немецких газет, в которых восхваляются подвиги предыдущих обитателей базы. Несмотря на постоянные призывы из штаба, чрезвычайно неблагоприятная погода не позволяет начать восхождение. «Что такое Эльбрус зимой? — писал Гусев, который несколькими годами ранее совершил первое зимнее восхождение. — Это кило-метры отполированных ветром, порой очень крутых ледяных склонов, преодолеть которые можно только на острых стальных “кошках”, в совершенстве владея альпинистской ледовой техникой движения. Это метели и облака, надолго окутывающие плотным покровом вершину, сводящие к нулю видимость, а значит, исключающие необходимую в условиях сложного рельефа визуальную ориентировку. Это ветер ураганной силы и мороз, превышающий 50 градусов. Эльбрус зимой — это маленькая Антарктида»79.

Десятидневная пурга, не дающая возможности подняться на вершину, по крайней мере позволяет кое-как восстановить базу, которая известна всем членам группы, посещавшим ее до войны. Именно этому короткому пребыванию в са-мом высокогорном лагере Красной армии, когда ночной ветер сотрясал стены домика, посвящен припев песни «Баксанская», вошедшей в легенды войны и всего сталин-ского периода:

Помнишь, товарищу вой ночной пурги, Помнишь, как бежали в панике враги.

Как загрохотал твой грозный автомат.

Помнишь, как вернулись мы с тобой в отряд…

13 февраля 1943 года в два часа утра одна группа альпинистов выходит с базы. Люди обуты в традиционные русские валяные сапоги — валенки, с привязанными к ним «кошками». Кроме того, обмундирование дополнено меховыми шубами, тяжелыми, но все же способными защитить от пятидесятиградусного мороза. «Погода пор-тится, западный ветер, снегопад», — записывает Сидорен-ко. На седловине Эльбруса группа обнаруживает могилу — простую кучу камней, увенчанную грубым крестом. Здесь похоронен какой-то немецкий солдат.

Позже его тело извлекут и сбросят в пропасть. Подъем продолжается. «Ориентироваться становилось все сложнее, мы много раз срывались в трещины. Мои “кошки” сползают, — пишет Сидоренко. — Ветер дует в лицо, от него трудно ук-лониться и защититься. На щеках и на носу намерзает лед». Подъем идет медленно и чрезвычайно трудно. Наконец, уже во второй половине дня 13 февраля «на триангуляционном пункте западной вершины мы обнаружили растерзанный фашистский флаг. Наши альпинисты сорвали его и установили красный флаг»80. Возвращение назад проходит в еще более сложных условиях. Группе самых опытных альпинистов страны и так потребовалось вдвое больше времени, чем для нормального восхождения, и волнение оставшихся на базе было так велико, что спасательный отряд уже готовился выйти навстречу, когда на фоне метели внезапно появились знакомые силуэты. «Каждый шаг давался им с трудом, они качались от усталости. Мы поддержали наших товарищей, мы почти что донесли их до дома. Там они бросили на пол обрывки немецких военных флагов. Ура! Наш дружный возглас надолго перекрыл шум пурги»81.