Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Сохраняйте спокойствие! Защищайте свою собственность. Препятствуйте уничтожению ваших хозяйств и предприятий большевистскими бандами.

Не позволяйте у водить ваш скот. Препятствуйте преступному уничтожению и поджогу ваших полей и складов, потому что все эти злодеяния приносят вред не немецкой армии, а только вам.

БУДЬТЕ ГОТОВЫ.

Мы ведем наступление и несем вам свободу и лучшую жизнь, которая будет достойна вас, свободолюбивых кавказцев.

Долой большевистских угнетателей!

Да здравствует свободный Кавказ!

Немецкое верховное командование» 118.

К двойной — тактической и политической — задаче Оберлендер добавляет третью, являющуюся также и заделом на будущее. Он полагает, что опыт подразделения «Бергман» позволит воспитать будущие кадры для управления оккупированными территориями, союзников Германии. Отличившиеся во время войны в мирное время войдут в административные структуры. В этом он видит дополнительную мотивацию для рекрутов, поставивших свою жизнь на карту победы Третьего рейха.


В сельских и горных областях на севере и юге Кавказа общая мобилизация, объявленная в СССР после нападения немцев, проходит со значительными трудностями. Советский режим так часто пользовался риторикой, направленной против «классового врага» или «буржуазных националистов», подразумевая при этом горцев, что неоднократные воззвания к чувству патриотизма перед лицом фашистских захватчиков не производят того же впечатления, что и на землях, населенных русскими.

В деревнях призывников приходится силой записывать в армию, некоторые политкомиссары даже предпочитают возвращаться ни с чем. Более того, к осени 1942 года Германия находится в апогее своей мощи. А руководство Красной армии, как явствует из приказа Сталина № 227 «Ни шагу назад», опасается краха, в частности, на некоторых участках фронта, удерживаемых нерусскими войсками. В этом контексте на всем Кавказском фронте учащаются случаи дезертирства, не говоря уже о сдаче в плен. Из всех не-мецких подразделений поступают сообщения о большом количестве перебежчиков. Однако призыв перейти линию фронта, исходящий от соотечественников — членов подразделения «Бергман», приносит еще более ощутимые плоды.

В записках Теодора Оберлендера рассказывается о случае, произошедшем на позиции одной из грузинских групп специального подразделения в прикаспийских степях:

«Перед нашими траншеями простирались обширные поля кукурузы и хлопка. Советские позиции находились примерно в двух километрах, за ними вырисовывались отроги Кавказа. В хорошую погоду мы могли видеть очертания Казбека. Советские дивизии, стоявшие напротив нас, состояли не из русских, а почти полностью из солдат — уроженцев Кавказа. По вечерам грузины начинали петь свои военные песни, и звуки этих песен доносились до их товарищей из советской дивизии, политкомиссаром в которой был не кто иной, как будущий главный идеолог СССР Михаил Суслов. Каждый из нас помнит летний вечер, когда из посадок кукурузы или хлопка один за другим стали выходить перебежчики. Их товарищи, одетые в форму офицеров или унтер-офицеров немецкой армии, встречали их шнапсом. Нам даже не приходилось разоружать этих людей, они сразу бросались обниматься, некоторые оказывались уроженцами тех же деревень, родственниками или одноклассниками. Никаких объяснений не требовалось — ведь люди, которые еще два или три года назад служили в Тифлисе и носили красноармейскую форму, теперь были одеты в форму немецкой армии и занимали в ней младшие офицерские посты. Мы позволили всем вернуться, ведь мы не сомневались в том, какой эффект это произведет. За несколько дней на нашу сторону перешли более восьмисот грузин из стоявшей напротив дивизии, в том числе — целая батарея во главе с командиром, захватившим с собой жену»119.

Речь идет о 414-й Краснознаменной сирелковой дивизии, сформированной в Грузии, позже названной Анапской. По другим свидетельствам, некоторые из ее офицеров тайно дали знать немцам, что «готовы при первой же возможности перейти на их сторону вместе с личным составом своих частей». Такая возможность представилась в Рождество 1942 года, в то самое время, когда 6-я немецкая армия уже попала в безнадежную ситуацию в Сталинградском «котле». Во время немецкого наступления на высоту 135.2 возле деревни Ичкерская значительная часть одного из батальонов грузинской дивизии вместе с оружием и припасами перешла на сторону противника120.