Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

9

Изнанка истории: кавказские националисты делают ставку на рейх

У всей военной операции на Кавказе существует мощ-ная политическая подоплека. С середины 1930-х годов немецкие секретные службы интенсивно работали в среде эмигрантов и оппозиционеров из самых разных этнических общин Кавказа. В Париже, Стамбуле, Бухаресте и Варшаве еще в начале 1920-х годов возникло множество эмигрантских кружков и организаций, в которых прак-тически полностью отразилась кавказская национальная мозаика. Азербайджанцев представляли, главным образом, различные фракции националистической партии мусават, изгнанной из Баку при советской власти. Представители разных течений, бесконечно спорившие между собой по поводу стратегии дальнейших действий, обосновались в Турции или в Польше, но центральной харизматической фигурой партии оставался ее лидер Расулзаде, отстаивавший линию пантюркизма.

Грузинские эмигранты, рассеянные между Парижем и Берлином, группировались как вокруг деятелей меньшевистского социал-демократического правительства, свергнутого при вторжении СССР в 1921 году, так и вокруг выходцев из старинных дворянских семей, например Багратиони, Дадиани или Чавчавадзе, чьи имена навечно вписаны в историю Кавказа. В армянской диаспоре доминировала националистическая партия дашнаков. Наконец, представители народов Северною Кавказа, чеченцы, кабардинцы, калмыки или дагестанцы сформировали множество соперничавших друг с другом комитетов или движений, стремившихся теми или иными путями к объединению кавказцев в целом. Гайдар Баммат, родившийся в Дагестане чеченец, бывший министром иностранных дел Горской Автономной Республики, провозглашенной в мае 1918 года, но вскоре распущенной советской властью, бесконечно разъезжает между Францией, куда он эмигрировал, Швейцарией, Германией и Турцией, отстаивая идею объединенного и независимого, «ни турецкого, ни русского» Кавказа. Среди других персонажей, пользующихся известностью в регионе, можно назвать Султан-Гирея, возглавлявшего одно из самых грозных подразделений Белой армии, «Дикую дивизию», в годы Гражданской войны на Кавказе (1918— 1921), или Саида Шамиля, внука прославленного Шамиля, который бежал в Турцию после неудачной попытки организации восстания в Чечне в 1920 году.

Оба они работают над политическими проектами освобождения Кавказа от советского владычества. Различные комитеты за создание Союза горцев или Конфедерации народов Кавказа (по образцу Швейцарии), создаваемые в период между двумя войнами, надеются выработать единую программу, кото-рую поддержали бы все крупные организации и которая позволила бы создать правительство в изгнании. Очагом национальной оппозиции СССР становится издаваемый в Париже журнал «Прометей», охотно предоставляющий свои страницы украинцам и активистам из Центральной Азии. Живущие в Стамбуле, Берлине и Париже предста-вители различных кавказских этнических и религиозных общин, стремящихся к созданию федерации, сплачиваются и вокруг журнала «Кавказ». Что касается казаков, их союзы колеблются между присоединением к миру традиционной российской эмиграции (к которой они себя причисляют) и пестрым калейдоскопом кавказцев (от которых они не хотят отгораживаться).

В этом водовороте политических, этнических и религиозных течений нельзя было обойтись без интриг. И без иностранного влияния. Еще со времен Гражданской войны, разразившейся сразу после большевистской революции, на Кавказе ощущалось постоянное присутствие Турции — соседки и традиционной участницы всех событий в этом регионе. В Анкаре преобладает тенденция к сохранению дружбы и мирному сосуществованию с СССР, в соответствии с заветами Ататюрка. Тем не менее, ввиду сходства языков, вероисповедания, политической и исторической судьбы со многими народами Кавказского массива молодая светская республика становится убежищем и естественной базой для многих организаций кавказцев в изгнании. У турецкой полиции, служб военной и гражданской разведки, у некоторых политических организаций страны также есть свои протеже и свои сети влияния. Нападение Германии на СССР и непрекращающиеся колебания Турции — сохранять ли верность дружбе или вступить в союз с Германией — растревожили кавказский муравейник в Стамбуле, Измире и Анкаре. Немецкий посол в Турции, фон Папен, подталкивающий турецких военных к открытию фронта и сулящий им часть трофеев в случае победы над Москвой, начинает налаживать связи с самыми заметными представителями кавказской эмиграции. В частности, он принимает внука Шамиля, приглашает его в Берлин, обещает поддержку Германии группам, которые отважатся начать восстание в тылу советских войск.