Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Теперь, через шестьдесят лет после случившегося, некоторые защитники прав этих меньшинств утверждают, что полная и безусловная реабилитация наказанных народов должна основываться на опровержении какого-либо массового пособничества фашистам. Проще говоря: депортация была преступлением, поскольку обвинение было необоснованным или чрезвычайно преувеличенным. На волне перестройки один из руководителей Ингушетии дошел до того, что заявил на одном из первых крупных официально разрешенных съездов, будто «ни в архивах КГБ, ни в других национальных архивах не существует никаких документов, которые доказывали бы, что в период Великой Отечественно войны в Ингушетии имело место противодействие Красной армии»71. Ту же точку зрения отстаивает карачаевский историк Чомаев, формально оспаривающий какое-либо предательство со стороны свое-го народа или реальное существование в этом регионе в начале войны антисоветски настроенных мятежных банд. «Никто никогда не знал, сколько было изменников, никто об этом не говорил. Но найти иной повод для депортации было трудно. Вопрос о количестве изменников, о значимости этой измены так и повис в воздухе»72.

Даже если не принимать во внимание многочисленные рапорты НКВД по этому поводу, чью достоверность признают даже ни в коем случае не стремящиеся угодить власти чеченские исследователи*, достаточно ясную информа-цию можно найти в немецких источниках. В том числе и относительно вооруженного сопротивления советским войскам, оказанного многими группами горцев.

* Институт по освещению войны и мира, 20 февраля 2004 года. Бывший директор Национального архива Чечни, комментируя достоверность донесений НКВД по поводу антисоветской деятельности партизан и бандитов в регионе, заявил, что считает вполне правдоподобными содержащуюся в них информацию и цифры, во всяком случае в том, что касается периода до конца 1943 года. После чего, по его словам, содержание донесений было направлено прежде всего на обоснование обвинений, заранее выдвинутых Берия и его службами.

Но если главным основанием для тотального выселения кавказских народов стало сотрудничество с врагом, чем объяснить депортацию чеченцев и ингушей, чья территория (за исключением одного или двух приграничных селений, находившихся осенью 1942 года буквально на поле боя) никогда не была занята нацистами и чье насе-ление, следовательно, не имело никаких контактов с захватчиком? Как, если следовать этой логике, объяснить тот факт, что черкесы или кабардинцы, о которых часто с похвалой отзывались немецкие военные, избежали кары? И почему не тронули грузин, многие из которых с готовностью встали под знамена вермахта, хотя их тер-ритория находилась далеко от театра военных действий?

Совершенно очевидно, что официально представленная причина не может служить объяснением депортации кавказских народов, равно как и выселения их товарищей по несчастью до и после описанных событий. На этот счет предложены самые разнообразные гипотезы, проведено множество исторических анализов. Некоторые, например осетинский историк Т.Худалов, с горечью признающий жестокость и несоразмерность принятых мер, все же полагают, что причинами их действительно были дезертирство, предательство и сотрудничество с врагом. «Если бы не эти изменники, которые с оружием в руках встали на сторону гитлеровцев, — пишет Худалов, — наши потери в годы Великой Отечественной войны не составили бы 27 миллионов человек, они были бы гораздо меньше»73. В частности, осетинский историк упрекает ингушских представителей и интеллигенцию в том, что они замалчивали собственную вину в депортации и высказывали неразумные требования о признании за ними части Владикавказа и Пригородного района, которые они не защищали, как подобает истинным патриотам*: «Где же были ингуши, — пишет он, — когда Владикавказ из последних сил сопротивлялся наземному и воздушному штурму 1-й немецкой бронетанковой дивизии?»74 Хотя такая точка зрения все реже находит сторонников среди историков и исследователей, она все же весьма распространена в российском общественном мнении. Это вновь и вновь подтверждают высказываемые мнения или письма читателей.