Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

В этом уверен и карачаевский историк Чомаев, сам переживший депортацию: «Истинные мотивы, приведшие к выселению народов и обрекшие их на геноцид, кроются, вне всяческих сомнений, в экспансионистских устремлениях Сталина и Берия, намеревавшихся превратить Грузию если не в мощную державу, то, по крайней мере, в большое и сильное государство путем захвата соседних северокавказских земель, а также расположенных далее Крыма и района Сочи»78. Кроме того, Чомаев усматривает в трагедии средство, с помощью которого идеолог партии Михаил Суслов пытался скрыть апостериори свою некомпетентность. Суслову, проведшему всю войну в тылу, так и не удалось выполнить порученную ему задачу по организации движения сопротивления и снабдить партизан инструментами борьбы, в которых они действительно нуждались. Понимая, что признание ошибок может положить конец его карьере, верховный политкомиссар предпочел опозорить всех горцев и объявил их пособниками врага.

В наши дни исследователи, в частности Павел Полян, поновому рассматривают эту проблему, ставя драмы 1943 и 1944 годов в контекст общей истории депортаций.

Русский географ доказывает, что «тотальные депортации», то есть выселения целых народов, вписываются в процесс, начавшийся задолго до войны и с тех пор неизменно расширявшийся и набиравший силу. «С нашей точки зрения, — говорит он, — значительно более реальным и значимым фактором в политике переселения народов была одна из иллюзий большевиков: их неизменная и материалистическая вера в рациональную возможность ‘исправления” всех ошибок природы и общества. В частности, планируя переселение народов, они рассчитывали преодолеть неравенство и неравномерность распределения природных и демографических ресурсов в такой гигантской стране, как СССР»79. До конца 1920-х годов большевики действительно надеялись «выровнять» национальные демографические ресурсы путем добровольного перемещения населения в области, где не хватало рабочей силы. В 1928 году возникла идея использовать массы крестьян, депортированных в ходе коллективизации, в качестве «барщинных» колонистов.

Два с половиной миллиона крестьян были переселены в самые разные области СССР, в частности на Крайний Север и в Сибирь, где предполагалось усиленное развитие экономики. Однако проведение такой политики разрушило сельское хозяйство. Следствием коллективизации стали два страшных голодных года — 1932 и 1933-й. От голода умерли семь миллионов советских граждан. Целые регионы, в том числе Казахстан, испытывали острейшую нехватку рабочих рук в сельском хозяйстве, и это заставляло режим срочно изыскивать дополнительные ресурсы. Как полагает Полян, коллективная депортация задумывалась как один из методов исправления ситуации. А когда появлялся предлог, например, если речь заходила о защите границ или о подавлении оппозиции, это давало власти возможность убить одним ударом двух зайцев: выселением наказывали людей, но одновременно получали необходимую рабочую силу.

Наверное, в каждом из этих объяснений есть своя доля правды. И глубинная мотивация хозяев Кремля безусловно не была однозначной и одинаковой для всех наказанных кавказских народов. Тем не менее, если исключить турок-месхетинцев (чье несчастье, без сомнения, было тесно связано с их проживанием в опасной близости от уязвимой границы), то из отчетов НКВД становится очевидно: депортации с Кавказа подверглись именно те народы, которые оказывали самое упорное сопротивление советской власти. Речь идет не столько об измене или о сотрудничестве с врагом, сколько об отчаянном противодействии установлению нового режима. Об оппозиции, укротить которую не удавалось традиционными, более чем жесткими полицейскими методами из сталинского арсенала. О непримиримых противниках, которых решили обуздать, раз и навсегда лишив родных корней.