Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Участники зикра с полузакрытыми глазами громко и безостановочно повторяют ритуальную фразу:

Ла-илаха-иллаллах,

ла-илаха-иллаллах…

— Нет Бога, кроме Аллаха.

Постепенно повторяющие имя Божье впадают в экстаз, теперь даже их предельно участившееся дыхание должно способствовать общению с Божественным. Глухой и ритмичный речитатив, сопровождаемый движениями тела, ударами ног о землю, барабанным боем и резкими выдохами, продолжается до тех пор, пока все участники ритуала не входят в своего рода мистический транс. Этот зикр, который называют «коллективным», знаменует по-явление нового, кадирийского, тариката.

Его проводником становится скромный пастух, чья биография, несмотря на всю значимость этого человека, так и осталась неизученной до конца. Имя его настолько свято, что считается своего рода табу. Его произносят в редчайших случаях. Говоря о своем лидере, последователи кадиризма называют его «сыном Киши», «шейхом Илсхан-Юрта», а чаще всего — просто «Хаджи»135. Однако его настоящее имя — Кунта-Хаджи. Он родился примерно в 1830 году в крестьянской семье в деревушке под названием Исти-су или Мелча-Хи, когда он был совсем еще юным, семья переехала в Илсхан-юрт, и там под руководс-твом отца мальчик начал изучать арабский язык и Коран. Говорят, что уже в двенадцать лет этот одаренный ребенок мог пересказать наизусть священную книгу. Спустя шесть лет он совершил первый хадж в Мекку. Путешествие было длинным и медленным. Обычно паломники с Кавказа идут в Мекку через Багдад и священные города Ирака, где останавливаются на несколько недель, а то и месяцев. Откровение явилось юному сыну Киши по пути в Багдад. Столица Месопотамии является одним из центров могущественного течения кадири, берущего начало в XI веке, в учении шейха Абдул Кадира. Великий персидский теолог, наставник бедняков и слабых, среди которых он часто проповедовал, был своего рода Франциском Ассизским ислама. Его могила, находящаяся в Багдаде, служит местом поклонения для мусульман. Подобно евангелистам, его ученики разошлись по всему исламскому миру, от Экваториальной Африки до Центральной Азии и до Средиземного моря. Вскоре молодой Кунта-Хаджи занял свое место в движении, носящем имя своего создателя.

Когда он вернулся в Чечню, ему было всего двадцать лет. Его соотечественники устали от войны, которая, казалось, никогда не закончится. Тиранические методы Шамиля подорвали его популярность, люди не выдерживали тяжкого бремени налогов и ограничений. Бесконечные призывы боеспособных мужчин в ряды войска, сражавшегося на не принадлежавших им землях, разрушили мотивацию движения. Священная война представлялась уже не героическим крестовым походом, а непосильной ношей. В этих условиях проповеди сына Киши нашли благодатную почву: предрекая поражение в газавате Шамиля, он призывал отказаться от него в пользу благочестия и личною очищения. Он осуждает жестокость и проповедует полный отход от «мирских дел», в частности от политики и от войны. Истинный мусульманин не должен проводить время в боях. Он не пьет, не ворует и не участвует в разбойничьих набегах. Сын Киши призывает к умиротворению перед лицом российской угрозы: «Наберитесь терпения, я и сам — один из наиболее терпеливых», — говорит он внимающим ему селянам136. «Аллах Всемогущий сказал: маленькая толпа победит большую, Аллах на стороне терпеливых. Не следует восставать, не дождавшись ответа от Аллаха, я жду ответа Аллаха, и в свое время он придет»137. За такой ненасильственный, «пацифистский» подход к конфликту его позже назовут «чеченский Ганди».