Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Вражеские пушки служили для нас лучшей мишенью, и их обслуга несла тяжелые потери, но они сразу же выставляли людей на замену и не отступали. Одна из их колонн попыталась обойти занятую нами высоту, чтобы окружить нас. Но стоило ей двинуться с места, как на нее устремился Хаджи-Кререндук со своими убыхами. Русские, потрясенные этой атакой, успели произвести лишь несколько разрозненных выстрелов. Путаясь в кустарниках, спотыкаясь о камни, они не могли перегруппироваться, а крутой склон не позволял им встретить нападавших в штыки. Черкесы с саблями наголо набросились на них. Атака оказалась настолько стремительной, что в считанные секунды полегла чуть ли не половина русских. Оставшиеся в беспорядке отступали. Хаджи-Кререндук привел обратно своих всадников, они потрясали саблями, с которых капала кровь. […] Только тогда мы увидели, с каким бешенством сражались эти люди. Оставшиеся на поле боя тела русских в буквальном смысле этого слова были разрублены в куски, в них уже нельзя было распознать людей. Раненые не подавали никаких признаков жизни. И над всей местностью, где еще несколько мгновений назад кипела страшная битва, внезапно повисла мертвая тишина.

Так закончился этот день, стоивший нам трехсот человек. Русские понесли куда большие потери. Многие из раненых не пережили ночь, другие скончались на следующий день, а к исходу месяца умерли все, кроме получивших совсем легкие, поверхностные раны. Черкесы переносили страдания, вызванные ранами, с необычайным стоицизмом, даже самые тяжелораненые не жаловались громко, а делали вид, что не чувствуют боли. Невероятно грустное зрелище являл собой наш лагерь: в центре стояли помосты, предназначенные для мертвых, число которых увеличивалось с каждой минутой; полураздетые, окровавленные раненые жались к огню. В полночь зазвучала первая траурная мелодия. Вокруг всех костров в лагере люди тоже затянули вполголоса унылые похоронные песнопения, а один из поющих пронзительным голосом, перекрывая других, тщательно выговаривал слова и пытался задать ритм всему хору. В этих завываниях черкесы пере-числяли умерших и пересказывали их биографии. В общей сложности в лагере образовалось пятнадцать—двадцать хоров, каждый из которых пел свою песню, независимо от остальных; мрачный концерт тянулся до утра, и мы не могли сомкнуть глаз; впрочем, мы не смогли бы заснуть и в тишине, поскольку каждую минуту могла последовать новая атака русских» 57.

Русские методично продвигаются вперед. Батальоны Евдокимова, следуя вверх по течению рек, оставляют на своем пути новые казачьи станицы, охраняемые небольшими гарнизонами. С каждым месяцем граница империи отодвигается все дальше к югу и приближается к линии гор, на которых нашли приют последние повстанцы.

Русские оккупанты все быстрее идут через заросли, ранее представлявшиеся неприступными, вырубая леса, сгоняя сельское население к побережью. «Мы старались войти в деревню неожиданно и сразу же поджигали ее, — рассказывает офицер Венюков, служащий на Кавказе.— Горцы, как могли, пытались спастись. Если они стреляли в нас, мы отвечали тем же, и, поскольку нас было больше, а наше оружие было лучше, чем у них, мы быстро одерживали победу. Чаще всего они не сопротивлялись. Услышав крики своих часовых, они исчезали в лесу.

Сколько раз, войдя в саклю, я находил на столе еще дымящийся суп, шитье с воткнутой в последний момент иголкой или разбросанные по полу игрушки, свидетельствующие о том, что здесь еще недавно играл ребенок. Лишь в одной большой деревне жители предпочли сдаться и согласились переселиться в место, отведенное для горцев на кубанской равнине; как правило, мы находили лишь покинутые сакли и оставляли на их месте пепелище. Думаю, что за три дня экспедиции, в которой я принимал участие, мы сожгли около семидесяти аулов, в основном маленьких, чье население в общей сложности не превышало пяти тысяч человек.