Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

«Приют Одиннадцати», известный всем потенциальным участникам восхождения, расположен на склоне вулкана. Рано утром к продуваемому всеми ветрами перевалу выходит основной состав подразделения во главе с самим капитаном Гротом. Глазам авангарда открывается гигантский ледник, спускающийся вниз, в долину. Серо-голубое поле, испещренное трещинами, усеянное ледяными глыбами. Слева — исполинский вулкан Эльбруса. Справа — основной хребет Большого Кавказа, на котором можно разглядеть стратегически важные перевалы, открывающие путь на юг, в солнечную Грузию или к Черному морю.

Перевал пуст. К удивлению немцев, советские военачальники решили, что защищать его ни к чему или что это бесполезно. Может быть, у них просто не хватило времени для организации обороны? Группа Крауса возвращается. Они не нашли хижину в указанном месте, видимо, карта уже устарела. Действительно, убежища, построенные альпинистами-первопроходцами или топографами и за которыми никто не присматривает, уже несколько десятилетий назад оказались погребенными под толщей снега и камней. Поэтому необходимо обеспечить контроль над «Приютом Одиннадцати», к которому должны подойти разведчики Шнайдера.

Но где эти разведчики, никто не знает. На обледеневшем снегу не осталось никаких следов, и Грот, осматривая в бинокль простирающийся перед ним обширный ледник, не обнаруживает ни одного человека. Зато он видит, как в семи или восьми километрах выше, в направлении вершины Эльбруса, под лучами утреннего солнца блестит фасад «Приюта Одиннадцати». Это двухэтажный домик овальной формы, обшитый алюминием, в его стенах прорезаны окошки-иллюминаторы. Грот сравнивает его с «огромным пульмановским вагоном, установленным на горе». База, находящаяся на высоте 4200 метров, обору-дована отоплением и электричеством. В ней более сорока комнат и сто пятьдесят кроватей. Ее окружают большие антенны и множество маленьких сарайчиков, а еще дальше среди скал на склоне Эльбруса притулился «Приют Девяти», деревянный домик, служащий метеостанцией. Бсе эти строения были возведены в 1930-х годах в качестве перевалочных пунктов для групп альпинистов, направляющихся к вершине, расположенной четырьмя километрами выше. Советский Союз ввел «моду» на коллективный альпинизм* предусматривающий одновременное восхождение нескольких десятков, а иногда и нескольких сотен спортсменов16. Благодаря относительно удобному доступу, не требующему особых навыков скалолазания, Эльбрус представляет собой отличную базу для подобных массовых упражнений.

* Мода на массовый альпинизм зародилась сразу после революции. Первое восхождение такого рода состоялось в 1925 году. Спустя десять лет восхождение совершили 638 колхозников. А в 1967 году на вершину Эльбруса забрались таким образом 2500 альпинистов-любителей. Каким-то чудом ни с одним из них не случилось ничего серьезного, хотя вообще на этой горе, куда ввиду сложных метеорологических условий, высоты, холода и нехватки кислорода обычно рискуют подниматься лишь опытные альпинисты, ежегодно гибнет более дюжины человек.

Издалека, в бинокль, база кажется необитаемой. Грот, уверенный, что его разведчики уже добрались до нее, отдает группе приказ перейти ледник. Это происходит в десять часов утра, к этому времени горные стрелки, несущие в рюкзаках по двадцать пять — тридцать пять килограммов продовольствия и оборудования, доставленного на мулах к подножью горы, уже находятся в пути шесть часов. Солнце палит нещадно, ледник становится более опасным, снег — более мягким и глубоким. Каждый шаг превращается в пытку, продвижение замедляется. Люди то и дело падают, проваливаются в трещины. Йозефу Бауэру удается поймать идущего перед ним лейтенанта Ранка, скользящего к краю пропасти: «Я сгибаюсь под его весом, мне кажется, что я — всего лишь одинокий колышек, вбитый в ледник, а в это время молодой офицер задыхается и кричит, пытаясь ухватиться руками за пустоту»17. Медленно, очень медленно группа подходит к базе. Там попрежнему не заметно никакого движения, но струйка дыма, поднимающаяся над крышей, свидетельствует о присутствии людей.