Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Ситуация по-прежнему складывается крайне неблагоприятно для Красной армии. Немцы заняли их позиции в «Приюте Одиннадцати», который они тут же переименовали в «Приют им. генерала Ланца»; метеостанция отныне носит название «Приют Эдельвейс». Не очень представляя себе, что делать с пленниками, немцы дают им статус добровольных сотрудников и только конфискуют у них обувь — в носках убежать невозможно. «Никогда нельзя знать заранее», — отмечает Бауэр. На чердаке базы хранятся консервы, крупа, мыло и топленое масло, которое отлично подходит для смазки обуви. Вокруг алюминиевого домика, висящего на склоне, словно кораблик в ледяном море, установлены пулеметные гнезда и наблюдательные посты. Вскоре удается проложить дорогу для мулов от перевала Хотю-тау (его переименовывают в перевал Рудольфа Конрада в честь командующего горнострелковыми войсками), чтобы вьючные животные могли преодолеть последние километры и доставить на базу более тяжелое оборудование и боеприпасы. Сам Эльбрус не имеет большого военно-стратегического значения, но позиция, которую заняли немецкие альпийские стрелки, крайне выгодна. Контролируя перевал, обеспечивающий сообщение между двумя соседними долинами, Грот и его люди прикрывают с фланга все перемещения горнострелковых дивизий, разворачивающихся дальше к западу.

Из своего «орлиного гнезда» они следят за Баксанской долиной, где находятся советские оборонительные силы, а в это время танковые части готовятся перекрыть доступ в эту долину снизу. Из базы и, в еще большей степени, из обсерватории, расположенной на тысячу двести метров ниже, горная артиллерия может спокойно обстреливать вражеские аванпосты в долине. Она может также держать под прицелом дорогу к перевалу Донгуз-орун. Этот перевал расположен на высоте 3180 метров и крайне важен для Красной армии, так как является кратчайшим путем для воссоединения с основными советскими силами на южном склоне Большого Кавказа. Между тем приближается зима, и войска, загнанные в долину наступлением немецких бронечастей, рискуют оказаться в ловушке.


2

Приказ взять Эльбрус: бесславное восхождение

Сталин приходит в бешенство. Немецкое продвижение оказалось столь быстрым, что некоторые советские офицеры, чтобы оправдаться, выдвигают гипотезу о па-рашютном десанте на склонах Эльбруса22. Генералиссимус разъярится еще больше через неделю, когда в Ставке узнают, что альпийские стрелки, не удовлетворившись захватом стратегических перевалов, готовятся к покорению Эльбруса. Для советских людей эта гора значит то же, что Монблан и Сервен — для французов, итальянцев или швейцарцев.

18 августа, на следующий день после прибытия на базу, в ожидании подхода подкрепления, отряд капитана Грота получает день отдыха для адаптации к высоте. Ведь уже назавтра Хайнц Грот хочет отправить их на штурм вулкана, а ему хорошо известно, насколько опасна горная болезнь, подкрадывающаяся незаметно, но куда более страшная, чем тошнота, которую люди испытывают на море. Болезнь, вызываемая разреженным воздухом и давлением, иногда вдвое превышающим нормальное, проявляется особенно остро на двух этапах восхождения. Возле скал Пастухова, на высоте примерно 4800 метров, альпинисты часто испытывают сильную усталость и своего рода апатию.

Часто к этим симптомам добавляются головные боли и носовые кровотечения. Еще выше, после того, как преодолена седловина Эльбруса (последняя остановка перед решающим броском к вершине), иногда развиваются головокружение, дезориентация и даже потеря сознания. «Тому, кто этого не испытал, трудно понять, — объясняет один из опытных проводников на Эльбрусе, — что болезнь может остановить вас на пологом склоне, в прекрасный солнечный и безветренный день, за несколько сотен метров до вершины. И что она может убить вас, если погода внезапно изменится, и вы потеряетесь в бескрайних снежных полях. Не случайно этот маршрут называют самым высоким кладбищем Европы»23. В среднем при попытке покорения этой вершины ежегодно гибнет десяток альпинистов.