Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Чтобы дать возможность «салаге» Йозефу Бауэру акклиматизироваться в новых условиях и проследить за его реакцией на высоту, во время этой передышки опытный альпинист ведет его до скал. Ему приказано внимательно смотреть по сторонам и разговаривать на всем протяже-нии пути. «Экзамен прошел успешно, — записывает Бауэр после возвращения на базу, — поскольку я ни словом не упомянул о красных точках и паутине, возникавших временами перед моим взором»24.

19 августа первая попытка заканчивается неудачей в нескольких сотнях метров до вершины. Как это часто случается на Кавказе, погода внезапно изменилась, и с Черного моря стремительно надвинулись черные тучи. На вершине собирается гроза. Грот и основные участники связки уже наметили путь восхождения, и авангард, состоящий из «ходячей библиотеки» капитана Геммерлера и нескольких его подчиненных из четвертой дивизии, добрался до седловины между двумя верхушками, но теперь они не решаются двинуться дальше. До самой высокой точки остается не более часа пути. Геммерлер опасается, что, если вершина будет взята только силами его дивизии, в то время как коллеги из «Эдельвейса», вы-нужденные подчиниться приказу Грота, вернутся на базу, это нарушит «дух товарищества и ощущение принадлежности к общему делу». Поэтому он довольствуется тем, что переименовывает хижину, построенную несколько десятков лет назад русскими топографами-горнопроходцами, в «Приют Горечавка». Домик, притулившийся между двумя вершинами Эльбруса, наполовину разрушился и занесен снегом. После этого капитан Геммерлер, в свою очередь, отдает приказ спускаться.

18 августа буря свирепствует, и никто не отваживается высунуть нос наружу. Стены домика трещат под порывами свирепого ветра. Люди напуганы. Однако из командного пункта дивизии, где генерал Ланц уже с трудом сдерживает нетерпение, приходит лаконичная радиограмма: «Вершина должна быть взята. С севера подходят части СС»25.

Более сильного аргумента для элитных отрядов вермахта в то время не существовало. Бауэр записывает в путевом дневнике: «Мы получили приказ взойти на вершину и установить там флаг. Мы знаем, чем он продиктован. Ребята, столь дорогие Всемогущему, хотят опередить нас и взять вершину с севера». На рассвете 21 августа, невзирая на весьма неблагоприятные погодные условия, часть отряда, сменив военную форму на шерстяную и меховую одежду, лучше защищающую от холода и ветра, выходит к вершине. Надо признать, что буря, бушевавшая ночью, стала еще сильнее, чем была при первой попытке. Отряд попадает в пургу. Видимость — нулевая. Люди, шестнадцать человек из первой дивизии и пять — из четвертой, идут в связках по трое.

Метель достигает такой силы, что солдаты с трудом раз-личают спину идущего впереди.

Специальный отряд решил идти по нормальному пути, проложенному еще в 1868 году Дугласом Фрешфилдом. От «Приюта Одиннадцати» до вершины надо пройти шесть километров отвесного склона по льду, при этом необходимо пользоваться крючьями. Через два или три часа удается дойти до отметки 4800 метров, то есть до высоты Монблана, и там альпинисты делают остановку у скал Пастухова. Затем начинается второй отрезок пути, до седловины Эльбруса — огромного, покрытого снегом вогнутого пространства между двумя вершинами, где на высоте 5300 метров находится «Приют Горечавка». Наконец, последний подъем, по самому крутому склону непосредственно к вершине, позволяет добраться до трона богов. Летом, в хорошую погоду, опытные альпинисты достигают самой высокой точки за шесть-семь часов, после чего следует до наступления темноты спуститься в «Приют Одиннадцати». Тропа представляет собой коридор, петляющий между пропастями. Заблудившиеся в тумане или в темноте рискуют никогда не вернуться.