Рейтинг@Mail.ru

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА

Эрик Осли: ПОКОРЕНИЕ КАВКАЗА 2018-04-05T14:03:15+00:00

Еще большую неразбериху в проведение операции вносили толпы беженцев, пытавшихся уйти от немецкого наступления и переходивших горы по всем доступным тропинкам. С августа до середины ноября группы солдат, порой еще организованные по отделениям и в сопровождении офицеров, а порой отдельные, без оружия и в лохмотьях, отступали через горы из холмов на севере Кавказа. Гражданское население тоже шло в этом направлении, в лесах находили до нескольких сотен осиротевших детей, убежавших из мест, где они жили до всеобщего исхода. Иногда они бежали впереди наступавших немецких войск, иногда оказывались у них в тылу и, совершенно сбитые с толку, изголодавшиеся, измученные, прячась от истребителей Люфтваффе, искали какой-то путь через высокогорные перевалы, через долины. Часто эти люди доходили до такого состояния, что сельские жители принимали их за бандитов и даже не пытались оказать хоть какую-то помощь. Целые группы, иногда состоявшие из нескольких сотен бойцов, если они не сдавались немедленно, окружались и истреблялись на месте. Десятки других умирали на обочинах или в глубоких пропастях, откуда они тщетно взывали к товарищам, не имевшим никакой возможности их вызволить.

ля тех, кому удалось добраться до долины, проводники и альпинисты Красной армии, среди которых были прославленные мастера спорта СССР, наметили путь через перевал Бечо, ведший на ту сторону гор на высоте 3367 метров. От убежища на северном склоне до хижины на южном — двадцать километров высокогорных троп и фирна на краю пропасти. Русские альпинисты проложили маршрут, натянули веревки вдоль самых крутых склонов и начиная с 11 августа стали переводить через вершины группы по сорок-шестьдесят человек. Амина Арустамова, которой в то время было двадцать девять лет, вспоминает: «От нашего убежища надо было подняться цепочкой по узкой тропинке. Детей, которые не могли сами идти, одеялами привязывали к спинам взрослых. Мне к плечам привязали мою маленькую дочку Розу. Ноги скользили по льду и снегу. Правой рукой я с трудом держалась за натянутый канат, в левой несла узел с вещами. Мы были уже совсем близко от перевала, когда я почувствовала, что теряю последние силы. Склон был слишком крутой, каждую секунду мы могли сорваться в пропасть. Очень хотелось пить, снег и лед не помогали. Я добралась до перевала только в полдень. Не знаю, как мне это удалось»42.

Теперь группы людей ежедневно поднимаются к перевалу, больных и самых старых несут на руках. В течение двадцати трех дней, независимо от погодных условии, через один из высокогорных перевалов Кавказа проходят полторы тысячи человек, в том числе двести тридцать детей. В ноябре, когда немцы осуществляют последний рывок и захватывают долину, подъемы возобновляются: необходимо спасти попавшую в окружение и прижатую к горам 392-ю дивизию. На сей раз склоны уже покрыты толстым слоем снега, поэтому переход осуществляют через перевал Донгуз-орун (3180 метров) — он ниже, но немцы могут вести по нему прицельный огонь из «Приюта Одиннадцати». Эвакуация грузинской дивизии, уже потерявшей немало людей в ходе боев, а также из-за дезертирства, проходит по принципу «спасайся, кто может». На ледник гонят раненых, гражданское население, более тридцати тысяч голов скота. Каждый солдат обязан вынести двадцать-двадцать пять килограммов вольфрама или молибдена — добываемого в долине белого металла, используемого при выплавке специальных сортов стали.