Рейтинг@Mail.ru

Эвлия Челеби. Книга путешествия

Эвлия Челеби. Книга путешествия 2018-04-05T14:06:48+00:00

Описание нижней крепости. Это старинный город и [вместе с тем] сильная крепость посреди обширной степи на берегу реки Яик, с двумя рядами земляных валов в форме четырехугольника. Окружность ее составляет 16 тысяч шагов. Здесь имеется 40 ворот, 40 монастырей, 70 храмов, 26 тысяч злосчастных домов, крытых тростником и дранкой. В окрестностях крепости всюду кочевыми аулами живет народ хешдек, который с оружием в эту крепость не пускают, они проходят через ворота без оружия. Имеется также в общей сложности 70 постоялых дворов для торговцев, 6 тысяч лавок и бани в шести местах. А дворец бана до того совершенен и великолепен, что язык не в силах его прославить. Все его покои обращены к берегу реки Яик. Однако в этом городе нет ни садов, ни виноградников, ибо зимы тут очень суровы, и поскольку в этом [городе] ночи короткие, а дни долгие и сумрачные — время для вечернего намаза отсутствует, и потому вечернюю молитву мы не совершали.

В сем городе много знатных и именитых господ — образованных кяфиров-московитов. Большинство из них — народ торговый, бойкий; они торгуют соболями, серыми белками, рыбьим зубом, юфтью. А в лавках у них сидят женщины, торгующие всеми товарам, и, какие имеются.

Достойным любви [красавицам] тут нет числа. У всех у них доломаны из чистого сукна, расшитые серебром на груди и по воротнику, на головах многоцветные шапки. Они носят также мех соболя и кабарги. Их женщины разгуливают с открытыми лицами.

Далее в тексте следуют заголовки: «По поводу имен у кяфиров Москвы», «Имена слабых женшин-московиток», «По поводу языка московитов», но об этом ничего не говорится.

В [1068 (1657)] году, когда мы, разорив лагерь Ракоии- оглу в Польше, отправились вместе с Мухаммед-Гирей-ханом в поход на земли Москвы, я подробно записал язык московитов. И здесь, в области степи Хейхат, записанные мною употребительные выражения такие же 43. Надо сказать, [народ] в Московской земле — это великий народ, в 28 банлыках употребляющий [свой] язык на десять” ладов. А слова, которые мы [здесь] слышали, как раз те, что были нами записаны прежде.

Затем, обойдя и осмотрев сей город … приняв благодеяния от его бана, мы снова отправились вместе с послом кяфиров берегом реки Яик на запад и через день прибыли [в Суруна-керман].


СТОЯНКА СУРУНА-КЕРМАН 44

Это — прочная деревянная крепость на берегу некоего озера, которое то сливается с рекой Яик, то отделяется от нее. Войдя в [эту] крепость после холода и бури, мы отдохнули душой. Здесь имеются приветливый капитан и гетман, распоряжающиеся двухтысячным войском. По воле творца, Суруна-керман была тем самым местом, где к [нам, посланцам] дома Османа, прибыл от короля Москвы великий посол. Перед лицом этого посла все время следовавший вместе с нами от самой Терской крепости посланник утратил свои полномочия; теперь посланник стал кетхудою при великом после. Был устроен внушительный торжественный салют из пушек, мы ожидали [посольство] с десятью тысячами воинов, [расположившихся] внутри и вне крепости.

Великий посол приблизился ко мне, ничтожному, мы познакомились, и я поведал ему, как в течение двух с половиной лет странствовал по семи королевствам, от Германии до австрийского императора, затем по Трансильвании, Валахии и Молдавии, далее, вместе с ханом Крыма Мухаммед-Гирей- ханом, отправился к падишаху Дагестана — словом, обо всех мучениях, тяготах, приключениях и превратностях, которые мы претерпели за эти три года. Когда я предъявил ему врученную австрийским императором грамоту — «пасапорта» 45, он поднялся на ноги, потер грамоту о свое лицо и глаза, спросил у меня, ничтожного: «С какой целью вы, насладившись целым миром, прибыли в эту небезопасную страну — предмет ваших желаний и намерений?». Я, ничтожный, ответил: «Если будет угодно Аллаху, я направлюсь к шахиншаху — королю Москвы, обойду и осмотрю его земли».