Рейтинг@Mail.ru

Эвлия Челеби. Книга путешествия

Эвлия Челеби. Книга путешествия 2018-04-05T14:06:48+00:00

Что же касается арсенала султана Селима II, то стоимость его заставили возместить Соколлу Мехмед-пашу.
А Мехмед-паша приказал повесить Семиз Мухаммед-Гирея на базаре в крепости Кафа, однако татары не задержали его, дали ему возможность бежать 48.

В общем сей ров, или траншея, — место весьма поучительное. По причинам, [о коих сказано выше], он и называется «Тюрк-Ор» — Турецкий ров.

Обойдя и осмотрев его, мы оставили позади реку Волгу и снова направились к западу. В течение дня шли степью Хейхат и [прибыли] на стоянку Хейхатская степь. Здесь мы поставили шатры на бортах наших телег и легли [спать]. Один только бог ведает о горестях и тяготах, которые мы претерпели в ту ночь. На следующий день мы опять ускоренным шагом шли по Дешт-и Кыпчак и приблизительно перед вечером [прибыли на следующую стоянку] 49.


 

 

 

 

VI

ПУТЬ ЧЕРЕЗ КАЛМЫЦКИЕ ЗЕМЛИ ДО ПЕРЕВОЛОКИ

СВОЙСТВА ПРЕНЕБРЕГАЕМОГО ВСЕМИ КАЛМЫЦКОГО НАРОДА, ОБИТАЮЩЕГО В СТЕПИ ХЕИХАТ

 

 

Воистину это — толпа людей, достойных пренебрежения, проклятых, нечистых, неукротимых. Все летописцы это племя калмык, или калмак, или калмаг, или калмах называют «бени-асфар». Ведь в сокровенном изречении святого Али предписано: «О города Рей и Солхат! 1 Опасайтесь для себя народа, у которого узкие глаза!» В этой сокровенной фразе много сказано как раз про этот народ калмык, а именно: после слов «О города Рей и Солхат» раскрывается смысл: «О народ области Рей! О народ Солхата — Крыма! Остерегайтесь узкоглазых людей, которые из особого племени! И бойтесь их!» — приказал он. А приводимый ниже священный хадис — средоточие истины, — по мнению всех татарских комментаторов, толкователей и ученых, также имеет в виду этих самых калмыков: «Сказал посланник Аллаха — да благословит его Аллах и да помилует: „Поистине есть у Аллаха на Востоке воинство, имя ему — тюрки. Он наказывает с их помощью тех, кто ему противится. О малой горстке потерпевших ущерб вы будете просить, чтобы была оказана им милость, и не будут они помилованы. И когда вы увидите такое, готовьтесь ко дню Страшного суда“».

Еще двадцать лет назад этого народа, калмыков, вовсе и не было в степи Хейхат. По ней [тогда] расселились и кочевали сто сорок племен ногайского народа. Все производимое [здесь] топленое масло они отправляли на остров Тамань и продавали. Одна окка этого масла стоила в Стамбуле пять акче. Однако сей народ, калмыки, придя в степь, рассеял отважных ногаев, и [после этого] коровье масло поднялось в цене. Одним словом, этот народ, калмыки, — племя проклятое, и все народы боятся его. Даже такой заблудший король, близкий к тому, чтобы стать миродержцем, как король Москвы, и тот боится калмыков, каждый год шлет им дары и сделался их братом. Однако они не оставляют в покое и Московскую землю, нападают на нее.

И вот когда бан, наш посол, вступил в Хейхат вместе с внушительным отрядом и [многими] дарами, чтобы направиться к шаху калмыков, я, ничтожный, пошел вместе с ним. Странствуя в течение полных трех часов по аулам, мы встретились с падишахом по имени Тайша; его сын — Мончак-шах 2. У них [обоих] имеются сотни тысяч жилищ, разбросанные там и сям по кочевым аулам. У отца и у сына — по двести тысяч воинов, которые с семьями кочуют и разбивают стойбища по степи Хейхат.