Рейтинг@Mail.ru

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов 2018-04-05T12:26:17+00:00

Штурма ожидали ночью и гарнизон готовился к отпору. К вечеру на судах еще прибыли войска из укрепления «Св. Духа». Но на рассвете все увидели, что толпы убыхов разошлись и все их орудия увезены. По донесению Муравьева, при высадке тенгинцев, действиях при обстреле укреплений убыхами, тушении пожаров и подготовке к отражению штурма особое мужество, хладнокровие и распорядительность проявил подполковник Тенгинского полка Данзас.

После неудачи при Навагинском укреплении убыхи ушли в свои горы, но продолжали воздействовать на другие племена, угрожали джигетам, что полностью разрушат их аулы, если они присоединятся к русским. Хаджи-Берзек перед многочисленным собранием поклялся, что сбреет бороду и наденет женское платье, если хотя одного русского («гяура») пропустит на свою землю. Под воздействием убыхов продолжали волноваться шапсуги и натухайцы. Учитывая создавшееся положение, генерал Анреп доказал военному министру Чернышеву необходимость скорейшего осуществле- ния намеченной карательной экспедиции в землю убыхов, приводя доводы о том, что проведение экспедиции на следующий год будет осуществляться в значительно более трудных условиях нового сплочения убыхов с соседними племенами и возможно обойдется для Росии потерей Джигетии.

Экспедиционный отряд двинулся в Убыхию из устья р. Мзымты вдоль берега моря, предпочтя эту дорогу намечавшейся ранее более трудной и втрое длиннее горной дороге по долине Мзымты и далее по одному из левых притоков р.Сочи.

Убыхские стратеги, предвидя это направление движения войск, перегородили береговую полосу множеством завалов, высотою в рост человека, из срубленных деревьев, колючих кустарников, громадных камней и земли. Отсутствие прибоя и возможность иметь поддержку с кораблей делали этот путь более благоприятным, по сравнению с горной дорогой, проходившей через многочисленные враждебные убыхские аулы.

8 октября, в 2 часа ночи, отряд тихо тронулся в путь. Сопровождавшая эскадра под командованием контр-адмирала М.Н. Станюковича, в составе фрегата «Агатополь» и корабля «Три иерарха», буксируемых пароходами «Боец» и «Могучий», а также шхуны «Смелая», тендера «Нырок», бригов «Меркурий» и «Телемак» и баркасов азовских казаков, поплыла параллельно берегу, держась на картечный выстрел от колонны войск.

До диспозиции назначены были два батальона в авангард под начальством генерал-майора Муравьева, а арьергардпод начальством подполковника Данзаса и в правое прикрытие под начальством полковника Хлюпина, в то время уже командира Тенгинского полка. Остальные войска были в колонне, под начальством гвардии капитана Лауница, который в то время уже произведен был в полковники, но приказ не застал его в живых. Владетель Абхазии генерал-майор Михаил Шервашидзе командовал своей милицией, насчитывавшей до 2000 человек.

Первый переход в 13 верст до реки Хамыш (Хоста) войска сделали почти без выстрелов. За Хостой на горах были встречены первые завалы. Морская артиллерия открыла по ним огонь, а 4-й батальон тенгинцев, под командой капитана Корзуна, был послан в тыл позиции убыхов. Убыхи, несмотря на неожиданность нападения с тыла, вступили в ожесточенный рукопашный бой. И только помощь Брестского полка, бросившегося с фронта в штыковую атаку, сломила убыхов, рассыпавшихся по лесу.

Главная колонна продолжала двигаться вдоль берега, преодолевая один завал за другим. Как только открывался огонь с кораблей по завалам, убыхи покидали их, прячась в ближайшие складки местности и в окружающий лес, ожидая русского «ура!», которое служило также для них сигналом: они производили залп из ружей и с ответными криками «Алла!» бросались с шашками во встречную атаку.