Рейтинг@Mail.ru

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов 2018-04-05T12:26:17+00:00

После капитуляции шапсугов, не оказавших практически никакого сопротивления русским войскам, дальнейшее сопротивление убыхов было совершенно бессмысленным. О возможности такой ситуации убыхских предводителей еще весной 1859 года предупреждал владетель Абхазии Михаил Шервашидзе, к которому за советом о дальнейших действиях приезжала убыхская делегация во главе с Хаджи-Берзеком Керантухом.

Остановка русских войск в устье Псезуапсе и последующее движение колонн назад в сторону Туапсе и вверх по до-линам рек для очищения территории от оставшихся шапсугов, было понято многими убыхами, в основном, молодежью, как отступление русских от убыхской земли. И хотя старики утверждали в неверности таких рассуждений, возбужденная молодежь стояла на своем. Были организованы сборы убыхских войск, которые должны были выйти навстречу русским. Молодые убыхи говорили, что может быть русские, собравшись с силами и сунутся к нам, но мы не допустим их и до границы убыхской земли. Со всей Убыхии «собралось все, что было готово к войне, все что искало войны».

На помощь убыхам прибыл отряд ахчипсувцев, с которыми еще год назад был заключен военный союз. Хотя лазутчики сообщали генералу Гейману об огромном сборе убыхских войск, был сформирован лишь отряд молодежи, численность которого вряд ли превышала три тысячи человек. Взрослые опытные воины в этом явно авантюрном предприятии участвовать отказались. Отряд перед выступлением дал клятву умереть поголовно, но не допустить русских пройти к Шахе. Но к несчастью молодых убыхов собравшийся отряд оказался без опытного предводителя. Эльбуз Хапакх, Хаджи Бабуков и Измаил Баракай уже отказались от сопротивления и готовили свои общества к выселению в Турцию. Глава же воинствующей партии убыхов Хаджи-Берзек Керантух уже несколько недель находился в отъезде, в Абхазии, куда он отправился за очередным советом к Михаилу Шервашидзе.

В это время европейские авантюристы, которых опекал Измаил Баракай, понимая очевидность своей миссии, заняли выжидательную позицию и приготовились к отъезду с Кавказа. Они погрузили на турецкую кочерму четыре привезенных ими орудия и военное имущество. Одно наиболее тяжелое нарезное орудие системы Армстронга с военными принадлежностями было сброшено в воду реки Лоо в районе аула Измаила Баракая. Впоследствии это орудие было поднято русскими войсками и отправлено на артиллерийский склад в Адлер. В состав собравшегося боевого убыхского отряда никто из европейских эмиссаров не вошел; великолепно понимая создавшуюся обстановку, они предвидели неизбежность поражения отряда.

Пока у убыхов не было орудий, они надеялись только на собственные силы и дрались отчаянно. Когда же у них по-явились пушки, убыхи возложили на них свои надежды и посчитали, что теперь можно самим быть уже более осторожными и не к чему лезть вперед с прежней смелостью.

После того как Измаил Баракай привез иностранцев с орудиями, влияние его среди убыхов значительно возросло, к нему переметнулась даже часть сторонников Хаджи-Берзека Керантуха. В результате обострилась уже имевшаяся враждебность между этими двумя наиболее видными убыхскими предводителями. И без того ослабшие к концу Кавказской войны силы убыхов разделились на две почти враждебные партии. Партия Измаила Баракая стояла почти на капитулянтских позициях, выжидая лишь наиболее удобного момента и выгодных условий сдачи русским.

Воинствующая партия Керантуха, опиравшаяся на молодых убыхских воинов, готова была драться до конца. Но даже в партии Измаила Баракая европейские авантюристы не были в особенном почете. Подтянутые, стройные с гордой осанкой убыхи с едкой иронией смеялись над не внушавшей уважения наружностью большинства пришельцев, над их невзрачным личным оружием, плохими лошадьми и некрасивой ездой верхом. «Нет, нет — говорили про них — это не джигиты, не наездники». Но лучше всего положение пришлых европейцев в Убыхии характеризовалось тем, что генералу Гейману несколько раз предлагали принести головы всех их за 300 рублей серебром.