Рейтинг@Mail.ru

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов 2018-04-05T12:26:17+00:00

Имевшие большую силу еще в середине XIX века общин-но-родовые отношения внутри горских общин, все члены которых находились в тесной зависимости друг от друга, когда все действия людей подчинялись решениям общинных сходок (народных собраний), также повлияли на массовость переселенческого движения. В критические моменты последних месяцев Кавказской войны, после принятия народными собраниями решения о выселении в Турцию, с обжитых веками мест снимались целые аулы, общины и племена. Старшинская верхушка, усилившаяся во время длительной Кавказской войны и образовавшая своего рода военную знать, приобрела к этому времени на народных собраниях решающие права и, пользуясь этим, иногда силой заставляла своих соплеменников переселиться в Турцию.

В Убыхии указанные обстоятельства проявились с особенной силой. Влияние убыхских старшин-предводителей к концу войны было столь сильным, что их волевыми действиями на народных собраниях всех обществ было принято единое решение о выселении в кратчайшие сроки всего убыхского народа в Турцию. Практически никому не было позволено остаться на Кавказе, т.е. покинув горы, перейти на кубанскую низменность. Есть кое-какие свидетельства, что имелся тайный сговор между верхушкой знати убыхов и царской Россией. С одной стороны, проигранная Кавказская война лишала всяких надежд на прежний уклад жизни, по крайней мере знать убыхов. С другой стороны, России было не выгодно иметь на приграничной зоне неблагонадежный, непокорный народ, а поэтому убыхам было предложено переселиться. А знать убыхская не хотела оставаться без своих подданных, которым было очень тяжело покидать родные места, многие с удовольствием остались бы, но это была опасная тенденция не выгодная ни одной из сторон. Многим удавалось какое-то время скрываться в горах после насильственного переселения. Но выжить в таких условиях было практически невозможно, оставаясь вне закона и не имея возможности вести обычный сельскохозяйственный уклад жизни. Тем не менее, имеются сведения, что в разных адыгейских аулах междуречья Лабы и Белой, после спада эмиграции 1864 г., были зарегистрированы 13 убыхских семейств (общим числом до 80 человек), а на Черноморском берегу у села Головинского, т.е. на месте прежнего обитания, сохранились еще 40 убыхских дворов.

Далее известно, что отмеченные 13 убыхских семейств, по неизвестным причинам были выселены в Костромскую губернию, где следы их теряются. Неясна причина, по которой 40 дворов убыхов были оставлены вблизи устья р. Шахе. Русское военное командование в тот период было настроено против убыхов очень решительно и не давало им никаких снисхождений. Есть основания полагать, что сведения об упомянутых в архивных документах 40 убыхских дворах являются ошибочными. В других материалах говорится о 40 дворах шапсугов-хакучей, переселенных с гор в долину Шахе после окончания Кавказской войны. И сейчас в ауле Большой Кичмай проживает группа семей шапсугов, которые считают, что их предками были Хакучи.

Со времени выхода Даховского отряда русских войск к устью Туапсе (конец февраля 1864 г.), в ожидании новой волны переселенцев, к Кавказскому берегу прибыло множество турецких судов, которые за определенную плату (по договоренности) перевозили горцев в окрестности Самсуна и Трапезунда.

«Страна представляла крайне плачевный вид: черкесы, расположившиеся на берегу моря, с нетерпением дожидались своей очереди к отплытию. Отчаяние и безнадежность так овладели этими несчастными, что им и в голову не приходило себе устроить на берегу шалаши, чтобы скрыться от непогоды. Единственная мысль, одно желание, их занимавшее, — это поскорее отправиться в Турцию; до всего остального им не было никакого дела, все дни они проводили в том, что взбирались на прибрежные утесы и оттуда криками и разными знаками манили к себе всякое показавшееся в море судно. Снег начинал уже таять и это еще более увеличивало их нетерпение; они хорошо понимали, что как только сойдет снег, русские не замедлят сюда явиться, эта мысль отнимала у них последнюю энергию…

Как только выходил на берег турецкий капитан, горцы окружали его и каждый спешил условиться в цене о перевозке его и его семейства; затем вечером, если ветер был попутный, каик спускался в море. Все договорившиеся с капитаном размещались на судне и, главным образом, старались поскорее выйти в открытое море, чтобы успеть за ночь пройти линию русских крейсеров. Черкесы так торопились уезжать в Турцию, а турки до такой степени жадны и корыстолюбивы, что суда обыкновенно нагружались, что называется, доверху; 300 или 400 человек наполняли пространство, на котором в обыкновенное время помещалось от 50 до 60 человек. Вся провизия, которую горцы брали с собой, состояла из нескольких горстей пшена и нескольких бочонков воды; плавание в открытом море иногда продолжалось от 5-ти до 6-ти дней и в таком-то положении и с таким запасом провизии этим несчастным приходилось совершать переезд столь гибельный и столь опасный.