Рейтинг@Mail.ru

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов

ИСТОРИЯ УБЫХОВ В. И. Ворошилов 2018-04-05T12:26:17+00:00
Жертвоприношение у черкесов. Рис. Тетбу де Мариньи. 1820 г. Фонды СМК-В-Ф-1005/2

Жертвоприношение у черкесов. Рис. Тетбу де Мариньи. 1820 г. Фонды СМК-В-Ф-1005/2

По собранным Ж. Дюмезилем сведениям среди убыхов в Турции, еще в тридцатые годы Ахын — покровитель животноводства — был у них наиболее почитаемым божеством. Убыхи представляли Ахына в виде могучего скотовода с пастушеским посохом в руках.

Он мог перепрыгивать с горы на гору. По сохранившимся преданиям Ахын считался прародителем убыхов.

А. Дирр, указывая на близость доисламских верований убыхов к верованиям адыгов и абхазов, свидетельствует, что убыхам в Турции в начале XX века был известен культ божества Мезытха, покровителя охоты и лесов.

Общий с адыгейцами у убыхов был и культ покровителя кузнечного ремесла Тлепша, считавшегося также покровителем воинов и охотников.

Американский ученый Месарош, изучавший убыхский язык в Турции в начале тридцатых годов 20 века, отмечал, что национальным божеством у убыхов считался Уашхва (Уаш- хуа), бог грома и молнии. В середине пятидесятых годов Дюме- зиль уже приводит однозначный перевод Уашхва — просто бог.

В убыхско-немецком словаре А.М. Дирра имеется термин аббе в значении аллах или бог. В доисламские времена Аббе у убыхов было одним из местных божеств.

Характерно, что один из притоков р. Кичмай называется Абба. Возможно, что именно здесь находилось святилище или священная роща, где поклонялись этому божеству. Интересно отметить, что академик Н. Марр связывал убыхского Аббе (Уоббе, Вобье) с названием сванского божества Воб, мегрельским названием пятницы Вобишхъа и абхазским богом грозы — Афы.

Белль в 1838-1839 гг. наблюдал на убыхском побережье многочисленные праздники креста. При этом каждый крест почитался в один из специальных дней. Поэтому праздников было столько, сколько крестов. Церемонии представляли собой смесь христианства с другими верованиями. Каждая приходившая на праздник в священную рощу семья приносила с собой стол и провизию. В жертву на этих празднествах приносились несколько коз (в зависимости от количества людей). В момент жертвований зажигали факелы, которые держали у изголовья жертв и у креста.

В небольшом удалении от креста ставились столы и все проходящие мимо снимали шапки; но никто не подходил к кресту, за исключением 3-4 лиц, громко произносящих молитвы. Они призывали божество отвратить от них войну (русские войска уже начали высадку десантов на побережье), болезни и другие несчастья и просили послать им богатую жертву и счастье. Приближаясь к кресту и произнося молитву, один из них держал в одной руке кусок мяса, взятый им со стола, а в другой — бокал, полный национального напитка шуат, а затем то и другое раздавалось всем собравшимся.

Белль осмотрел священную рощу с крестами рода Аубла, находившуюся на горе Батарейке в Сочи, и в одном из своих дневников приводит следующее описание: «Меня проводили на вершину высоты, командующей над Навагинским фортом, к месту, святость которого была отмечена несколькими разбросанными могилами. Как я заметил позднее, это местечко лежит на расстоянии полуверсты от укрепления… Здесь я добрался до предмета моего любопытства. Он (крест) свешивался с ветви огромного старого дуба, к которой он был прикреплен железным подхватом… Эта интересная реликвия несомненное доказательство, что здесь когда-то господствовало христианство… Кресты были назначены для приема жертвований, которые заботливо оставляли там до тех пор, пока они не превращались дождем и ветром в лохмотья. Некоторые лоскуты указывали на то, что пожертвования были сделаны еще не так давно».