Рейтинг@Mail.ru

Кадыр Натхо. Черкесская история

Кадыр Натхо. Черкесская история 2018-04-05T13:33:56+00:00

О масштабах изгнания черкесов можно судить по следующим фактам; «Только за один день 21 мая 1864 г. через Анапский порт было отправлено в Турцию 2 476 семей натухайцев (16 500 чел.); 27 мая из укрепления Константинове кого — 5 848 шапсугов. В конце 1864 г. начальник Шапсугского округа сообщал: «За выселением шапсуг, отправившихся на всегдашнее переселение в Турцию, осталось на прежнем месте жительства противу Елизаветинской и Марьянской станиц всего 99 семей, изъявивших согласие остаться в поданство России». Садзов-джигетов было выселено в 1863—1864 гг., по официальным данным, не менее 19 925 чел. (по А. Дьячкову-Тарасову — около 25 000 чел.).

Массовое переселение горцев из Северного Кавказа началось в 1865 г. Российские власти делали это для того, чтобы «окончательно разгрузить край от ненадежных горцев». По подсчетам М. Тотоева, только в 1865 г. количество переселившихся горцев колеблется между 40 000 и 50 000 чел. Кроме дагестанцев, по его словам, значительное число переселенцев дали также Осетия и Кабарда. По данным А. Убичини и П. де-Куртейля, к началу 1866 г. общее число кавказских переселенцев достигло 1 млн. чел. Это же мнение разделяет и турецкий историк И. Беркок. Горечью пронизаны слова поэта В. Стражева о покидающих Родину горцах в стихотворении «Махаджир».

Земли моей я взял и на чужбину Священных семь горстей.

Вот все, что я сберег,— скажу угрюмо сыну,—

От Родины твоей…

В 1858—1864 гг. царские войска продолжали реализовывать человеконенавистнический план генерала Евдокимова по «очистке» черкесской территории. Русские «отряды окружали горцев, разрушали и жгли аулы и вынуждали жителей уходить из своих родных мест на заболоченные равнины, где свирепствовала лихорадка»… Освободившиеся от горцев земли сразу же заселялись казачьими станицами. Так. к концу Кавказской войны было основано 111 станиц, заселенных 142 333 семействами. Отбирая земли у местного населения, царское правительство тем самым побуждало горцев к отъезду в Турцию. Именно этим, как писал в 1861 г. генерал Г. Орбелиани, «… следует объяснить ту быстроту и легкость, с которой целые аулы, а иногда и целые общества, бросали указанные им земли и убегали в горы, чтобы усилить число враждовавших с нами, а в последнее время,— чтобы выселиться в Турцию». Переселенцы (вернее, изгнанники) несли при этом огромный материальный ущерб, оставляя на покинутой Родине землю, дома, скот, практически все свое имущество. Вся земля, оставленная ими, становилась имуществом государства. Наместник Кавказа запретил черкесам продавать их земли. «Резко упали цены на скот. Как сообщал генерал Толстой, только в Цебельде подлежало распродаже (за бесценок) до 11 000 голов крупного рогатого скота и до 53 000 овец… Черкесы могли брать с собой на судна только 4 пуда багажа».

Следующие факты отражают атмосферу изгнания черкесов. И. Дроздов писал: «… заняв в стране абадзехов Пшеху, мы врезались в самое густое население: аулы на каждой версте, или, вернее сказать, иногда верст на пять тянутся сплошные аулы, расположенные хуторами. Судя по количеству домов и запасам хлеба, надо предполагать, что здесь было чрезвычайно большое население; но навстречу к нам. при истреблении их жилищ, выезжало обыкновенно не более двух-трех человек, и то редко».

В 1867 г. продолжалось массовое переселение …садзов-джигетов. Они «не хотели уходить из родных мест… Корреспондент газеты «Дрозба» сообщал, что население было готово нести любое наказание, лишь бы их не выселили. «Многие из них,— писал он,— которые никак не хотели уходить отсюда, когда их выгоняли из своих домов, бились головой о стены домов и стволы деревьев, везде слышны плач и рыдания». Ген. Толстой также отмечал, что садзам-джигетам, уцелевшим от переселения 1864 г., было приказано удалиться в Турцию, но сами они не хотели уходить туда. Документы сообщают о случаях, когда горцы подолгу скрывались в горах, избегая переселения. В те мрачные для свободолюбивого народа годы изгнания свое великое горе — горечь оставления своей Родины адыги запечатлели в песне,