Рейтинг@Mail.ru

Русские авторы XIX века о народах Центрального и Северо-Западного Кавказа. Том 2

Русские авторы XIX века о народах Центрального и Северо-Западного Кавказа. Том 2 2020-01-18T15:37:37+03:00

Время шло, война с турками тянулась, черкесы добрые намерения Медема считали слабостью и не только не оказывали приязни русским, но, напротив, всеми силами старались им вредить: нападая на наши посты, они уводили в плен людей и угоняли строевых лошадей. Выведенный из терпения, Медем решился наказать черкесов и с этой целью придвинул свои войска к самой Кубани.

Была весна 1771 года, берега Кубани были залиты водой, по обеим сторонам реки, и особенно на левой ее стороне, тянулись сплошные болота, о походе в землю черкесов, покрытую, кроме болот, еще и лесами, и думать было нечего. Поневоле Медем должен был выжидать, да так и год прошел. В следующем году было получено сведение, что между черкесами открылся мор, а потому ни в 1772-м, ни в 1773 году русские войска, опасаясь заразных болезней, также не переходили за Кубань. В 1774 году последовал с турками мир, и военные действия на Кубанской Гранине прекратились.

В это же время в Кубанском крае кочевали ногайские татары, подвластные крымскому хану, от которых русские владения отделялись р. Еей, где была наша крепость Ейск, а от нее шла линия постов и крепостей к верховьям этой реки. Там стояли наши корпуса войск в бездействии по отношению к черкесским народам до 1783 года, и только в 1783 году во время бунта ногайцев на Ее, когда по при-соединении императрицей Екатериной II Кубанского края к России этих ногаев хотели переселить на Урал, нашим войскам пришлось взяться за оружие.

Командовавший тогда Кубанским корпусом генерал Суворов совершил блестящий поход за Кубань, куда бежали ногайцы, разорил вместе с ногайскими становищами много и черкесских аулов, и хотя достоверных сведений не имеется, но очень могло быть, что и бжедухи, жившие на стороне Лабы, поплатились за приют, данный мятежным ногайцам в своей земле.

Так как с того времени северная часть Кубанского края, за выходом из него ногайцев, опустела, то для удержания черкесов от перехода на нашу сторону для разных злодеяний русское правительство занялось постройкой крепостей и редутов по Кубани. Генерал Суворов, ознакомившись с Кубанским побережьем и горскими народами, жившими за Кубанью, в числе которых бжедухов называет базадук, говорит, что всех черкесов, воруженных ружьями, саблями и луками, будет около 15 000 человек. Они боятся русских, держат против нас свои караулы, а при первом переходе русских войск за Кубань оставляют жилища и убегают в горы.

Явно нападать на русских избегают, а на воровские набеги всегда готовы и на первых порах по открытии их очень храбры1. Этот генерал в первый раз дал хотя краткую характеристику о закубанских горцах.

В 1787 году опять началась с турками война на Буге, перешедшая на Днестр и Дунай. Для отвлечения турецких сил с театра войны русские открыли военные, действия и на Кавказе. С турецкой стороны анапский паша взволновал всех закубанских черкесов, которые в угоду султану — владыке правоверных мусульман — вооружились и начали нападать на нашу сторону. В числе давших присягу на верность своему падишаху были и бжедухи.

Когда же отряд войск Кавказского корпуса для наказания горцев за их враждебные действия против России 23 сентября 1788 года перешел за Кубань, то к командовавшему войсками генералу Текелли явился первым бжедухский уздень Уздемир Шамоноков с просьбой принять его в русское подданство и не разорять подвластных ему черкесов, живших в трех аулах. Текелли принял бжедухского владельца ласково, привел его к присяге, продержал некоторое время при отряде и затем отпустил, наказав ему стараться склонять и прочих закубанских владельцев на русскую сторону.