Рейтинг@Mail.ru

Русские авторы XIX века о народах Центрального и Северо-Западного Кавказа. Том 2

Русские авторы XIX века о народах Центрального и Северо-Западного Кавказа. Том 2 2020-01-18T15:37:37+03:00

Огнем и мечом громил Власов закубанских горцев и навел на них такой страх, что они и не думали уже о набегая на нашу сторону. Страх их усиливался еще и оттого, что они, следя через своих лазутчиков, не всегда могли узнавать намерения хитрого генерала. Старые черноморцы рассказывают, что Власов до того был скрытен, что редко даже кто и из приближенных к нему лиц знал, когда и куда он направит движение войск из кордонной линии. Иногда он явными распоряжениями назначает сбор отряда в одном месте, и лазутчики спешат за Кубань передать эту весть горцам для отражения, а секретным поведением быстро стянет казаков возле другого поста, где черкесы вовсе его не ожидали, и к рассвету уже казаки жгут и разоряют аул, а скот угоняют на свою сторону.

Бывали и такие случаи: Власов задаст пир у себя, музыка гремит, певчий хор услаждает слух гостей прекрасным исполнением казачьих песен, сам хозяин вечером приветливо угощает своих гостей. Черкесские шпионы спешат за Кубань известить своих, что Влас гуляет! Значит, опасности не предвидится. А между тем на рассвете где-нибудь поближе к Кубани, в ауле, раздаются стоны и вопли горских жителей» захваченных Власовым врасплох во время их сна.

И что же оказывается: Власов, показавшийся с вечера гостям, садится на коня и мчится по кордонной линии, захватывает с минуемых постов казаков, быстро формирует из них летучий отряд и с ним мчится за Кубань и к рассвету громит уже черкесские жилища, зажигает с разных сторон аул, захватывает не приготовившихся к обороне сонных горцев в плен и быстро отступает к Кубани на свою сторону. Старики рассказывали еще и такие проделки Власова. Разносится слух, что он сильно заболел: жестокий недуг приковал к постели страшного генерала, врачи беспрестанно потчуют превосходительного пациента разными аптечными снадобьями, но ничто не помогает, и нет уже надежды на выздоровление.

Одни говорят, что Власов умирает, а другие передают — уже умер. Радость для черкесов неописуемая. Власшайтан для них уже не страшен. И вдруг среди ликования горцев ночью является зарево пожара на их жилищах и гром орудийных выстрелов отдаётся эхом в горах Кавказа, осыпая проснувшихся с ужасом жителей убийственной картечью. В паническом страхе черкесы узнают, что на них внезапно напали русские с воскресшим из мертвых Власовым, обманувшим горских шпионов притворной болезнью.

А нужно сказать, что Власов допускал к себе всегда мирных горцев, из которых были и такие, что все действия этого генерала передавали за Кубань. Шпионили и закубанские армяне, которые занимались торговлей в Екатеринодаре, часто ездили за границу по своим делам с пропускными билетами. Власов обо всем этом знал и скрывал истинные свои намерения в отношений военных действий не только от крупных доносчиков, но и от своих благородных черноморцев.

Если в рассказах о Власове есть что и преувеличенное, то все-таки много есть и правды. Как бы то ни было, но результатом его командования Черноморской кордонной линией был полный оборот пограничных дел на Кубани: черкесы, вместо наступающих на Черноморию, оказались сами в оборонительном положении.

Действительно, Власов был искусен в ведении войны с горцами, что доказывается блестящими его походами за Кубанью, наведшими страх на все горское население. Но не одними открытыми движениями за Кубань большими отрядами войск и летучими секретными набегами на ближние к границе горские поселения он славился — отличился он и в отражении скопищ врагов, мстивших русским за свои разорения. Особенно замечательно поражение им с небольшим числом черноморских казаков многочисленного числа неприятелей, переправившихся в октябре 1822 года на нашу сторону у Петровского поста, с намерением разграбить Петровские хутора черноморцев.