Рейтинг@Mail.ru

РУССКИЕ АВТОРЫ XIX ВЕКА О НАРОДАХ ЦЕНТРАЛЬНОГО И СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА. Том 1

РУССКИЕ АВТОРЫ XIX ВЕКА О НАРОДАХ ЦЕНТРАЛЬНОГО И СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА. Том 1 2018-04-05T14:16:04+00:00

По сему только одному довольно можно заметить, сколько мало смысла и понятия в образе жизни сего на­рода.

Кабарда, которая есть немалая земля при подошве Кавказских гор, была бы довольно плодородна, не меньше прочей земли, с нею смежной, ежели была бы по-надле­жащему обработана, теперь более ничего не имеет, кроме табунов прекрасных лошадей, баранов и пчеловодства.

Пища кабардинцев — домашняя и собственного своего произведения всегда суть таковая: просяная каша, моло­ко, сыр, баранина, говядина, изредка лошадина, жеребе­нок — деликатес, и сей для самого лучшего гостя, и лепеш­ки из просяной муки, верченных [в] жерновах с молотой, походное жареное сухое пшено, иногда и лепешка из него же, сыр, копченая баранина или лошадина.

Главнейшее их — скотоводство; лошади и бараны; пче­ловодство самое прибыльное; из хлебов сеют вообще одно просо. Изредка [?!] ни в чем не упражняются; пшеницу, ячмень, табак, арбузы, дыни и прочее тому подобное расте­ние никогда не сеют. Фруктовых деревьев не разводят, но великие охотники до арбузов, огурцов, дынь и виногра­да. Яблоками, грушами и прочим довольствуются лесными.

Для мертвых ямы роют, но не делают гробов, а засы­пают просто землею; над владельцами знатной и богатой фамилии делают род мечетей, состроенных из отдельных камней с известкою.

Язык с татарским ни в одном слове не сходствует. Хри­стианской веры у них никогда не было, но некоторые обряды наблюдали, так ныне осетинцы. Церквей и крестов каменных на кладбищах [не имеют]. Хотя ныне и есть весьма в редких местах некоторые признаки, и то во внут­ренности гор, но иные не их предков, а бывших прежде, ими выгнанных народов. Мулл у них весьма множество, даже в ауле, где меньше десяти дворов, есть один.

Школ не имеют, но учат в мечетях, которые есть в каждом ауле, наподобие сакли из плетня состроенных. Писать и читать, кроме мулл и ефендиев, никто не умел, но как уже мною в другом месте сказано, ныне учатся, многие.

Живут аулами, а не деревнями и непостоянно, переселяясь с одного на другое место по произволию, как уж мною упомянуто, но не домами, а саклями, которые у них в три дня совершенно готовы и обмазаны.

Подробность сию жизни и упражнений кабардинцев я для того только описываю, чтобы дать справедливейшее и вероятнейшее понятие. По [сей причине], имея жительство на Линии четырнадцать лет и делая замечания и испыта­ния во всяких их обращениях и занятиях, вроде жизни, с глубоким вниманием, входя в самомалейшие подробности.

А кольми паче управляя ими уже три года и имея все­дневное обращение и взгляд на их трудолюбие, могу ска­зать истинно и справедливо, что народ сей весьма ленив и любит праздность. Кабардинец без всякой нужды может перенести по малой мере четыре дня, не вкусив ни малей­шей части пищи, и тогда еще песни поет.

Сей народ привык не знать никакой правды и непри­ятель всему тому, кто против его воли идет. Враг послуша­ния и не имеет никакого закону, кроме своей воли; не име­ет приверженности к своей родне — сын изменяет отцу, отец сыну, брат брату, ближний обманывает своего ближ­него и так далее. И сия война между их фамилиями всег­да сокрыта в сердцах и таится, как огонь под пеплом, по­куда оный ветром раздует.