Рейтинг@Mail.ru

РУССКИЕ АВТОРЫ XIX ВЕКА О НАРОДАХ ЦЕНТРАЛЬНОГО И СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА. Том 1

РУССКИЕ АВТОРЫ XIX ВЕКА О НАРОДАХ ЦЕНТРАЛЬНОГО И СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА. Том 1 2018-04-05T14:16:04+00:00
  • 84. После краткого описания происхождения рода владельцев кабардинских, нравов, образа управления и положения всего их народа остается сказать об их обычаях и образе жизни.

Следующая статья, выписанная из географического словаря Рос­сийского государства, утверждает мнение о существовании в прежние времена христианской веры между народами Большой и Малой Ка- Зарды.

  • Черкесы — многочисленнейший и знатнейший народ близ новой /пограничной Линии, проведенной между рекою Тереком и Азовским у морем. Жилища их простираются от Моздока по противолежащей оного сторон до устья Кубани; абхазы и татары только между ними дассеяны: ибо те с полуденно-западной к Черному морю примыка­ющей части Кавказских гор, а сии с северной Волжской, Донской и Крымской степи, из давних лет в Черкасскую область перешли. Чер­кесы разнятся от всех народов особливым своим языком, который ни с каким другим из известных теперь, кроме абхазского, ни малого сход­ства не имеет. Они сами себя называют адыге; турки ж и татары зовут их черкасо; грузины — черкессиани, а осетины, или лучше ска­зать оссы (народ, происходящий от персиян, который живет посреди высочайшей части Кавказских гор) — казахе именуют. Весь черкес­ский народ держался прежде греческого закона, который отчасти от греков, во время императора Юстиниана Великого, а отчасти от гру зин чрез посылаемых от них греческих монахов введен и содержан был. Доказывают оный находящиеся там и поныне Греческой древней церкви, греческие надписи на надгробных камнях, кои почти все на­подобие креста сделаны, и еще весьма наблюдаемы обыкновения на­рода, как-то: воздержание от мяса в большие весенние посты и от ра­боты в воскресные дни у христиан. Но сии только и остались следы обрядов закона христианского, а в прочем ничего другого из оного сей народ не знает, однако при том нет в нем грубого идолопоклонства. Все вообще веруют, что есть один только Бог, Творец и податель всех благ. Одни только у них князья и знатное дворянство магометанский закон исповедуют, но почти одним только именем, а мечетей и мулл нигде еще не находится.

Черкесский народ разделяется на разные малые поколения, кои не только не живут в согласии, но еще в беспрестанных ссорах и бит­вах между собою обращаются. Главнейшая часть народа живет в са­мом восточном краю Черкесской области по новой Линии, промеж Моздока и Георгиевской крепости на полдень параллельно в двух не­согласных уездах, то есть в Малой и Большой Кабарде. Деревни их начинаются уже в 30 верстах на полдень от Линии, они лежат по реч- чям: Тереку, Череку, Нальчику, Чегему и Баксану; простираются на >0 и 40 верст до высоких гор. Они собою пригожи, живут по большей части скотоводством, звериною и рыбною ловлей, притом и в земле­пашестве несколько упражняются. (Примеч. авт).

Издревле и доныне владельцы обращаются с узденями и народом просто и одинаково. Старший и богатейший владелец живет почти в хижине; общая их пища состоит из небольшого количества пшена, в воде сваренного, и куска печеной или вареной баранины. Обыкновенное их питье есть буза, а у богатых — весьма дурно сделанный мед. Здесь заметить должно, как выше сказано, что владельцы, не имея у себя ничего собственного, получают все продо­вольствие от своих подданных; пользуясь сим правом, бе­рут у них все безвозвратно, следственно, и все нужное к пропитанию: за то владелец со своей стороны не должен ни в чем отказывать подданному. Ежели проходящий уви­дит владельца, сидящего за обедом, то имеет право взойти и делить с ним обще приготовленную пищу. Если уздень увидит у владельца деньги, хорошее платье, шапку или другое, что ему понравится, то владелец отказать ему в оном не может и не должен. Сие, казалось бы, на первый взгляд некоторым равновесием в общей связи, или, лучше сказать, воздаянием за тягость, владельцами причиняемую народу. Но щедрота не есть дар, всякому свойственный: скупость находит всегда убежище в сердцах слабых, а ко­рыстолюбие не имеет пределов. Посему и владельцы под предлогом, что опасаются разориться, ходят весьма скудно, так что, видя их и узденей вместе, можно принять по одежде узденей за владельцев, а сих за простолюдинов.