Рейтинг@Mail.ru

РУССКИЕ АВТОРЫ XIX ВЕКА О НАРОДАХ ЦЕНТРАЛЬНОГО И СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА. Том 1

РУССКИЕ АВТОРЫ XIX ВЕКА О НАРОДАХ ЦЕНТРАЛЬНОГО И СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО КАВКАЗА. Том 1 2018-04-05T14:16:04+00:00
  • 105. Абазины, восчувствовав выгоды, происшедшие от заведенного между ними порядка и спокойствия, соеди­нением их приобретенного, также важность данной им за­щиты, уведомили о счастливом своем положении живущих за Кубанью алтыкисеков; посему они значищими партиями начали просить местное Российское начальство о позволении соединиться со своими однородцами, обещая перевесть с собою более 30 000 народа. Таким образом, народ сей от человеколюбивого и благоразумного с ним обращения почел за милость то, чего прежде не могли сделать все старания и иждивения начальствовавших на Линии, имевших единст­венною целью уменьшение числа противников, за рекою Кубанью живущих. Ибо хотя им и отказано было в пере­селении на нашу сторону по причине мира с Оттоманскою Портою, но сие не воспрепятствовало им остаться более преданными российской, нежели турецкой стороне.
  • 106. Кабардинцы, лишась столь для них сильного вспомоществования абазинов, кои не только трудолюбием своим доставляли им пропитание, но и защищали их во­оруженною рукой, сделались после отступления их и сами менее строптивыми; сверх того потеряли удобность пере­езда за границу, от чего прекратилась их связь с закубанцами.
  • 107. Сей добрый, трудолюбивый народ абазинский состоял тогда из 17 000 душ; он доставлял местным жи­телям всякие потребности и содействовал к их дешевизне, также и кавалерийские полки получали от него в ремонт лучших лошадей, от него выводились сгонщиками внутрь России большие гурты скота, от него, наконец, снабжался таганрогский порт кожами, маслом, медом и воском, а воронежские суконные фабрики — добротною овечьей шер­стью. Он, сделавшись попечением местного начальства из рассеянного, по своему единодушию усиленным, взаимною связью укрепленным, и в надежде быть защищаемым, след­ственно, спокойным, восчувствовал благодеяния, получа­емые от России; и за то писал нелицемерные чувства бла­годарности к своим избавителям. Но вскоре засим прекра­тились все меры, правительством предпринятые к твердому основанию его благополучия.
  • 108. Неспособность их пристава, буйство казаков и наущение турков заставили сей народ в 1804 году бежать вместе с ногайским народом за реку Кубань, откуда уже в 1805 году возвратились они к прежним жилищам.
  • 109. В 1808 году местное начальство принудило было их переселиться внутрь нашего кордона. Назначенные им места простирались вниз по Кубани от Еманжелгинского поста до Невинномысского укрепления.

Абазины же, судя по своему многолюдству, почли та­кое назначение притеснением и потому отказались от сего предложения. Тоже местное начальство, чтоб непременно принудить их к сему переселению, велело отобрать у них скот, который отдан был под присмотр казаков, и обвести главное их поселение по реке Тохтамыш цепью, составлен­ною из регулярных и казачьих войск.

Таковое угнетение и отнятие у них не только всякого с их однородцами сообщения, но и необходимых для земле­делия и скотоводства способов, произвело в главном их селении необыкновенную смертность, почему и посланы были от начальства чиновники с врачами для осмотра обо­его пола, но сей осмотр, а женщин в обнаженном виде, по­служил к крайнему ожесточению абазинов, ибо, по их обычаю и по врожденной нравственности, женский пол у них почитается неприкосновенным и неприступным в сем виде, даже и для глаз единоутробных, а потому они с упор­ностью отвергли с нашей стороны всякое пособие и реши­лись лучше умирать от недостатка необходимых потребно­стей, нежели в чем-либо быть нам обязанными.

  • ПО. Местное начальство для приведения их в по­слушание, упорно следуя избранному невыгодному плану и оставляя окот, им принадлежащий, под присмотром тех же самых казаков, исключило народ сей в конце того 1808 го­да от зависимости; а дабы препятствовать добрым и угне­тенным абазинам отлучаться от своих домов, учреждены были внутри их жилищ посты их регулярных и казачьих войск с пушками; лучшие же из их владельцев рассажены по крепостям. Народ, не имея другого способа избавить себя от столь тягостного положения, решился тайным обра­зом рассеяться, что им и удалось. Из числа их часть пе­решла за реку Кубань и водворилась между своими однородцами, башилбайцами, от коих получают пропитание; а другая скрылась в лесах, вспомоществуемая человеколю­бием своих однородцев самая малая часть осталась на прежних местах и скрытым образом достает себе необхо­димое пропитание.
  • 111. Карачаевцы, по преданию, суть остаток древнего народа маджар, нынешних венгров, и состоят под зависи­мостью владельцев Большой Кабарды.
  • 112. Противу дистанции, занимаемой Кубанским и Кавказским полками, обитают управляемые родовыми своими князьями бесленейцы, коих по ведомости 1804 го­да считалось до 17 000 дворов, а от западного редута до Кавказского укрепления Мохоши по той же ведомости счи­талось 3700 дворов. От Кавказского же укрепления до Усть-Лабы, по левому берегу реки Лабы, противу всей дис­танции Усть-Лабинского укрепления и по обоим берегам рек Шевхаши и Пшиши, равно и по малым речкам, их окружающим, Темиргой, коих по той же ведомости счита­лось до 10 000 дворов. Берег реки Кубани, начиная от Григориеполисского поста до Усть-Лабы, возвышенностию своею служит нам преградою от нападения закубанских народов.
  • 113. Темиргойский народ, угнетаемый абхазами, жи­вущими в вершинах рек Кубани и Лабы, принужден был не только приблизиться к нашей стороне, но и усердство­вать нам. По взятии в 1807 году крепости Анапы окружа­ющие оную черкесские народы, лишась покровительства анапских турок и наравне с темиргойцами утесняемые аб­хазскими народами, шепцухами и атукайцами, принуж­дены были удалиться от прежних жилищ и соединиться с темиргойцами, а именно: шепцухи в 1000, мохоши в 600, адалы в 500, зановцы в 4000, атукайцы в 6000 и бжедухи в 3000 дворов.
  • 114. Темиргойцы, усилясь таковыми переселенцами, сначала угнали абхазов в глубину гор и распространились по равнинам, захватив большую часть земель по рекам Иши и Повскут, против границ черноморских наших каза­ков; потом, примирясь с абхазами и сделавшись сильней­шими из соседственных с Линией народов, обратились про­тив нас.
  • 115. Как в землях мохошов, так и по равнинам те- миргойцев поселились в знатном числе перебежавшие з 1807 и 1813 годах с нашей стороны ногайские татары, которые много им способствуют в разбоях, по совершенно­му их знанию положения Линии.
  • 116. Хоперский казачий полк расположен станицами внутри кордона в смежности с калмыками, кочующими з Кавказской области.
  • 117. Ногайский народ, составленный из разных пле­мен, кочевавших рассеянно в степях, под властию Оттоман­ской Порты, многочисленностью своею знатно подкреплял крымских ханов. Сей народ, а особенно его мурзы, воинст­вен, неустрашим, способен переносить невероятные труд­ности и нужды, уметь управлять своим оружием, которое любит и сохраняет более всего; не боясь что-либо потерять, склонен к хищничеству и разбоям; ведет жизнь подвиж­ную, укладываясь и переносясь с одного места на другое с невероятною проворностью. При малейшей же тревоге в пути делает с величайшею скоростью из телег своих четвероугольное укрепление, внутри которого помещает свое имущество, жен и детей, и обороняется отчаянно, притом же имеет непременным правилом, что ногаец никогда не может быть невольником. Не было еще примера, чтобы мурза или простой ногаец взят был в плен, ибо сие почи­тают они крайним бесчестием, посрамляющим весь их род; тем самым и отличались они от соседственных с ними черкесов.
  • 118. По покорении Крыма ногайцы перекочевали за реку Кубань. Размножение их, теснота лежащих за сею рекою мест, на плоскости коих часть сего народа имела свои кочевья: соседство горцев, упражнявшихся по своему обыкновению в беспрестанном воровстве, и удобность укрывать в ущельях гор полученную от них добычу: вой­на, возникшая между обеими империями; переход наших войск за Кубань, где ногайцы, жившие на плоскости, не закрытой горами, были первою жертвою войны; а притом известность, что живущие в нашей стороне их одноверцы, абазины и кабардинцы, спокойно пользуются определенны­ми им под державою России выгодами, — все это побудило их, как ближайших к Кубани жителей, просить позволения у начальников Кавказской линии перейти на нашу сторону. Сие охотно позволено им было, тем паче, что сей много­численный и хищный народ делал, по местной удобности, беспрестанные чрез Кубань нападения на наши границы, причиняя разорение целым селениям.
  • 119. Вследствие сего позволения начальства пять но­гайских семейств: Казбулатовское, Кипчаковское, Наврузовское, Едиганское и Джембулуковское — перешли на сторону и заняли места вниз по течению реки Кубани, по обоим берегам оной внутри кордона верст на сто, захватив и все впадающие в нее малые речки.
  • 120. От сего их переселения, когда однородцы их подвергались бедствию войны, живущие в наших границах благоденствовали. Скотоводство, составляющее существен­ную часть их богатства, умножилось. По окончании же тогда бывшей войны открылось им свободное сообщение с ногайцами, за границею живущими; от чего новые сии переселенцы, по врожденной их к хищничеству склонности, приемля и скрывая у себя воровские закубанские партии, чинили обще с ними грабежи и беспокойства; для прекра­щения оных запрещено им было с закубанцами иметь со­общение и при том строго возбранялось ногайцам иметь при выездах своих огнестрельное оружие.

Сия столь необходимая мера почтена была ими за угне­тение, невзирая на то, что не могли по причине хищных соседей своих, кабардинцев, ступить безопасного шага; успе­ли злонамеренные воспользоваться сим удобным случаем и распространить разные к их погибели клонящиеся слухи, уверяя суеверных своих единоверцев, что, лишась издрев­ле между ними существующей с закубанскими родственни­ками и единоверцами связи, столь для них по разным расчетам необходимой, лишатся они и вольности; что рос­сийские войска, обезоружив их, неминуемо обратятся на них и приведут в одинаковое с казанскими татарами состо­яние и что на это равным образом и добровольно подверг­шиеся вместе с переселением внутрь Российского кордона, по покровительству России, ногайцы никак согласиться не должны, имея неоспоримое право оставить ныне занимае­мые места и избрать себе по желанию выгоднейшее жи­лище.