Рейтинг@Mail.ru

С. Васюков Край гордой красоты

С. Васюков Край гордой красоты 2018-04-05T14:13:27+00:00

С каждой верстой ветер усиливался, ударяя с необычайной силой сверху, с гор. Он обдавал сухим, холодным дыханием, проникая всюду. Мы зябли, потом коченели, болели от холода руки, ноги, ломило голову. Мы еще не проехали и десяти верст, как моя спутница изнемогла: с ней сделалась истерика. Мы кутались, как только могли, вытащили подушки и обложились ими. Но что наша слабая защита?! Если бы мы были в великолепных шубах, то норд-ост все равно пронял бы, проморозил насквозь! Это такая адская сила, перед которой меркнут наши северные тихие морозы?!

Порядочное время я прожил на севере Вятской губернии, знаю архангельскую зиму, но такого холода я не испытывал и при -З00С, а теперь всего было -20 или -30. Заметьте, над вами голубое небо, рядом лазурное море и такой страшенный, невероятный холодище!

Вся природа изменилась и стала такой бесстрастной, будто насмешливой. А ветер несся упругими, сильными порывами. Здесь по дороге он не выл и не визжал, как в городе, а шумел, как море во время бури. Само море было почти черного цвета, испещренное мелкими белыми гребешками. Кстати, во время норд-оста не бывает качки, только трудно пристать к берегу. Норд-ост может запросто унести судно в открытое море. Бывали случаи, и притом ужасные, когда фелюги или погибали, или носились по морю долго, пока не встречали парохода.

Но дальше. Мы ехали, словно во сне, ошеломленные, загипнотизированные норд- остом. Лошади бежали будто испуганные, из-под кустов около дороги выскакивали к нам навстречу маленькие птички и скворцы. Бедные!.. Они искали у нас защиты!.. Много, очень много погибает их во время норд-оста, и не мудрено! Наш ямщик отморозил себе пальцы на руке… У нас была только одна мысль — доехать до станции.

Наконец, миновали 23 версты и остановились в почтовом дворе селения Кабардинка. Лошади были свободны, и можно было ехать тотчас, но мы решили ждать, чтобы отогреться. Страшно было пойти под ветер, так было сильно его впечатление. Мы так закоченели, что горячий чай и коньяк производили слабое действие.

Подумать только, еще 15 верст!

Солнце по-прежнему блестело на ярко-голубом небе, синело море, а ветер творил свое дело и победоносно торжествовал над теплом, светом, внося смуту в наши души и холодя до бесчувствия тело. Надо было, однако, трогаться и претерпеть все до конца!

Кабардинка расположена на открытом месте, у подножия широкого ущелья, где полный и вольный простор норд-осту. На этом сравнительно ровном месте версты в три, ветер дал почувствовать себя во всей своей свирепой силе. Здесь он слился в непрерывный ураган и ревел и несся без задержки, затрудняя дыхание и заставляя болезненно сжиматься сердце.

Я не знаю, но тоска, унылая, тяжкая тоска охватила меня и мою спутницу. Мы были бессильны, и я одно время даже думал, что бешеный вихрь нас с экипажем и лошадьми закрутит и снесет прямо в море. Немного стихло, когда мы стали спускаться под гору. Лошади бежали сравнительно недурно, и скоро перед нами раскинулась Геленджикская бухта и берег со своими вычурными постройками на дачной стороне. Было около пяти часов дня, но по улицам села никого не было видно, даже собаки не встретили нас лаем. Суровый ветер уничтожил только что начавшиеся распускаться и цвести некоторые деревья, листики которых сжались и сморщились от холода.

Это был маленький норд-ост, читатель!