Рейтинг@Mail.ru

Сукунов Х.Х. Сукунова И.Х. Черкешенка

Сукунов Х.Х. Сукунова И.Х. Черкешенка 2018-04-05T13:35:38+00:00

И с кем бы ни пил я в канун светлых дат,—

Я пью, кабардинка, свой вечный, свой первый,

Свой тост за тебя, как твой сын, как твой брат!


МАРИЯ ТЕМРЮКОВНА

Картину видел в Нальчике, в музее:

Одна из жен царя всея Руси Покоилась в гробу…

И все грустнее Глядел царь Грозный.

То любовь еси…

Злорадствующих взглядов скрыть не в силах,

Шептались приближенные кругом…

А я подумал о путях России,

О тех корнях, откуда мы растем.

Как много вобрала в себя держава —

Насильно или вольной волей!

В ней И скорбь и радость наша, труд и слава.

Каких лишь не влилось в нее кровей!

Я чувствую, как россиянин, снова:

Не только благородный ученик,

Но и наследник русского я слова;

Я знаю, чем и почему велик

Наш общий, всесоюзный наш язык.


 

Н. ЗАБОЛОЦКИЙ

Собр. соч. в 3-х томах. Том I М., 1983 г., 655 с. В сб. «Арарат» было озаглавлено «Столбец о черкешенке», 346 с.
Черкешенка

Когда заря прозрачной глыбой

придавит воздух над землей,

с горы, на колокол похожей,

летят двускатые орлы;

идут граненые деревья

в свое волшебное кочевье;

верхушка тлеет, как свеча,

пустыми кольцами бренча;

а там за ними, наверху,

вершиной пышною качая,

старик Эльбрус рахат-лукум

готовит нам и чашку чая.

И выплывает вдруг Кавказ

пятисосцовою громадой,

как будто праздничный баркас,

в провал парадный Ленинграда,

а там — черкешенка поет

перед витриной самоварной,

ей Тула делает фокстрот,

Тамбов сапожки примеряет,

но Терек мечется в груди,

ревет в разорванные губы —

и трупом падает она,

смыкая руки в треугольник.

Нева Арагвою течет, а звездам —

слава и почет: они на трупик

известковый венец построили свинцовый,

и спит она… прости ей бог!

Над ней колышется венок,

и вкось несется по теченью луны

нутиловской движенье.

И я стою — от света белый,

я в море черное гляжу,

и мир двоится предо мною на два огромных сапога

— один шагает по Эльбрусу,

другой по-фински говорит,

и оба вместе убегают,

гремя по морю — на восток.


А. И. ПОЛЕЖАЕВ

Черкесский романс. — В кн.: Восточные мотивы.— М.; 1985 г., 41—42 с.

Под тенью дуба векового,

В скале пустынной и крутой,

Сидит враг путника ночного —

Черкес красивый и младой.

Но он не замысел лукавый

Таит во мраке тишины,

Не дышит гибельною славой,

Не жаждет сечи и войны.

Томимый негой сладострастной,

Черкес любви минуту ждет И так,

в раздумье о прекрасной