Рейтинг@Mail.ru

Сукунов Х.Х. Сукунова И.Х. Черкешенка

Сукунов Х.Х. Сукунова И.Х. Черкешенка 2018-04-05T13:35:38+00:00

ВЕНУОЛИС АНТОНАС-ЖУКАУСКАС

Кавказские легенды. По мотивам кабардинских преданий. Скала кровной мести. Государственное издательство художественной литературы Литовской ССР, 1955 г., 33—47 с.

Это было давно. Это было там, где испокон веков горы подпирают небо, где великий Казбек всегда блистает снегами, словно хаджи в белоснежной чалме, где сонно грезит седой Ошха Махо76 и вспоминает прошлое земли. Там, где пенный Терек пробирается по Дарьялу, неся свои воды через горы и степи, где над ледниками воют вьюги, а горные откосы пестреют цветами… Где терпел муки Прометей, прикованный высоко к кавказской скале. Кровная месть, страсти и любовь там владели челвеком, а не человек ими… Это было там, где ныне мирные потомки со скорбью вспоминают страшные времена, когда человек угнетал человека, а богачи притесняли весь народ.

Это было там. Это было там и в ту пору, когда пята чужеземца еще не попирала гор у подножия священного Ошха Махо и ни один горец-джигит еще не обратил спину врагу. Это было в краю между реками Терек и Кубань и великими Кавказскими горами, облаченными в вечные снега.

В этом благодатном уголке земли жил свободный, воинственный и храбрый народ горцев. Все мужчины его были отважные и лихие джигиты, все женщины — грациозны, как горные газели. Нигде на земле не рождались такие стройные статные мужчины и пленительные светлолицые и черноокие женщины, как в горах северного Кавказа.

Долгие века вольно жил народ джигитов в излюбленных своих горах и степях. Его промыслом была война, его законом — борьба. Боролись джигиты с врагами, боролись и с друзьями. Боролись за обладание женщинами, оружием, легконогими конями. Но всего более боролись джигиты за свою свободу. Свобода для джигитов была, что для птиц поднебесье. И вправду, вольной жизнью своей они были равны одним лишь сероголовым горным орлам, которые, словно увенчанные короной цари, и ныне парят над горами Кавказа и все еще владычествуют в бывших землях джигитов.

Но, как нет на этом свете ничего вечного, так не вечными были и свобода и благополучие джигитов. Со временем начали и их теснить неверные гяуры,— так называли они чужестранцев. Поначалу джигиты не так уж ими гнушались — ведь и у гяуров были хорошие кони, красивые женщины и изрыгающее огонь оружие, которым так дорожили горцы. Кроме того, они были воинственны, храбры, проворны, и рубиться с ними смелым горцам было одно удовольствие. С высоты своих гор высматривали джигиты в далеких степях богатые купеческие караваны гяуров, разузнавали все об их стоянках, о вновь возводимых крепостях. Разведчики доносили, где выставлены в степях по ночам дозоры неверных.

Все это джигиты подробно обсуждали, тщательно взвешивали и, дождавшись ночи или удобного момента, наносили удар. Нападали и неизменно побеждали. Тот не джигит, кто ударом меча не свалит в горах узкоглазого татарина иди не сбросит с седла кривоногого кочевника-калмыка. Тот не джигит, кто после ночного похода не пригонит в горы пленного гяура с петлей на шее, или не приведет в свой гарем круглолицей калмычки или большеглазой высокогрудой уруски. Таких презирал не только родной аул, or них всюду отворачивались и горные красавицы.

Однако не только с неверными гяурами и с ближайшими соседями воевали джигиты; нападали они и на другие народы. Иногда совершали они набеги в прикаспийские степи, где передвигались со своими кибитками кочевники; через ледники и вечные снега доходили они до Грузии, Абхазии, до гор Сванетии; они наводили ужас на восточное побережье Черного моря и с большой добычей возвращались в родные горы. Вернувшись, они благодарили аллаха за победу, делили добычу, пировали, джигитовали и наслаждались в своих гаремах с красавицами, в то время как их павшие в бою товарищи веселились с черноглазыми гуриями в раю Магомета. И никто о погибших не печалился; порой оставшиеся в живых или старики даже завидовали им, ибо в раю Магомета,— вещает коран,— пропадают все телесные немощи и исчезают различия в летах — все становятся равно здоровыми, юными и страстными.