Рейтинг@Mail.ru

Сукунов Х.Х. Сукунова И.Х. Черкешенка

Сукунов Х.Х. Сукунова И.Х. Черкешенка 2018-04-05T13:35:38+00:00

ждали. Выжидая, они рубили непроходимые леса, рыли окопы, возводили укрепления и втаскивали свои пушки на высоты и горные хребты. А через реку ежедневно переправлялись все новые и новые полки.

Наскучило ждать и тем и другим. Изредка перестреливались с обеих сторон дозорные, вступали в бой большие я малые отрады, выходили на поединок храбрецы, но решающей битвы покуда избегали обе стороны.

Джигиты-вожди, мудрые муллы и богобоязненные хаджи-мюриды долго совещались о том, что делать дальше. И наконец решили спуститься с высоких гор и ударить первыми. Ударить как можно скорее и смелее, потому что число гяуров в несколько раз уже превышало число горцев и все продолжало расти.

Подобно лавине устремились со своих гор джигиты и, громко восклицая: «Аллах керим! Аллах керим!», атаковали гяуров. Потоптали они стражу неверных, с землей смешали их дозоры, опрокинули передовые части врага и, рубя саблями и пронзая кинжалами вторглись в самую гущу гяурских полков. Но тут случилось то, чего не предвидели горцы: внезапно на всех холмах и высотах засверкали молнии, загремел гром, и на сомкнутые ряды джигитов полетели свинец, железо и огонь. Испуганные громом пушек кони горцев становились на дыбы, валились на землю, артачились, лягались, и джигиты не могли с ними справиться. Другие, сбросив всадников, охваченные общей паникой, метались по полю битвы, топтали и своих и врагов, и здоровых и раненых. Пешие джигиты были уже не джигиты и не воины: они сбивались в кучу и лишь оборонялись мечами и кинжалами. Врагам, только этого и надо было: они обратили на них дула своих пушек и били пеших воинов сверху, разили их спереди и сзади, поражали с боков… И произошло то, чего еще никогда не случалось с горцами: в первый раз с тех пор, как Ошха Махо подпирает небо, они показали спину врагам, и, как попало, пешие и конные — бросились назад в свои горы. Враги гнались за ними по пятам, отставших рубили саблями, кололи штыками и брали в плен целые отряды.

Все это видели с гор из своих аулов мудрые муллы и богобоязненные старцы хаджи. Страшная весть мгновенно облетела аулы, и всех объял ужас: вопили женщины и дети, выли собаки, и каждый старался спрятаться сам и спасти свое имущество. Напрасно муллы и хаджи призывали на помощь аллаха и его пророка Магомета, напрасно рвали

они на себе одежду, резали кинжалами тело и протягивали руки к трону аллаха — Ошха Махо. На этот раз и аллах, и его пророк Магомет остались глухи к их зову, А все это из-за прегрешения Алибея и его кунаков.


Уже первые беглецы достигли вершины обрывистой скалы Бермамыт, когда из аула Малка выехал отряд всадников с обнаженными саблями и зеленым знаменем пророка. Галопом промчались они сквозь толпу бегущих джигитов и врезались в самую гущу гяурских полков. Отряд этот не защищал отступающих горцев от гяуров, не нападал и на самих гяуров, а с саблями наголо рыскал среди вражеских полков, ища Алибея с его кунаками и узденями. Завидев своего врага, Алибей вынырнул со своими кунаками из-под полков гяуров, и две жертвы кровной мести пошли друг на друга с мечами, копьями, кинжалами. Не отставали от своих вождей в ярости и жестокости и их кунаки. И они рубились саблями, кололи друг друга копьями, пронзали кинжалами, и катились с плеч их головы.

Воины, потрясенные жестокостью этой резни озверевших людей, не знали, что делать — разнимать их, или броситься кому-нибудь из них на помощь. Растерялся и сам атаман, и все предводители.