Рейтинг@Mail.ru

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию.

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию. 2018-04-05T14:04:35+00:00

Я надеялся найти г-на Скасси в этой деревне, но один из его агентов сообщил мне, что дела задержали его в Одессе и время его прибытия в Крым неизвестно. Тогда я решил подождать здесь ответа, который должен был принести мне этот служащий в ответ на мой доклад о состоянии дел у черкесов и о мерах, которые я считал наиболее эффективными для проникновения в их страну.

Нет смысла входить во все детали моего пребывания в Амбелаки (название керченского карантина), которое затянулось на целый месяц, в течение которого я испытал всевозможные разочарования и, наконец, был вынужден забыть свои проекты и возвратиться с грузом, состоящим только из соли.

Полное безделье наступило после того, как я не смог найти подарков, которые заказал мне Индар-Оглу для себя самого и двоих его товарищей, которые нас столь благородно защищали и спасли наше заведение от полного разгрома. Г-н Скасси ограничился лишь тем, что прислал мне письмо к этому князю, написанное на турецком языке.

Г-жа Е., одаренная от природы пылкой душой, живым воображением и неодолимой страстью к блеску, часто столь вредной для женщины, заявила мне, что она решила совершить путешествие к черкесам. Поскольку я хорошо знал, что ее там ожидает, я объяснил ей, каким опасностям она может подвергнуться в этой стране, где нет законов и почти нет правителей, среди варварского народа, где только закон гостеприимства может гарантировать иностранцу безопасность от всех бедствий, которые могут его там подстерегать. Она отвергла все мои доводы, далекая от того, чтобы поддаться страхам, которые я на нее нагонял (они, напротив, породили у нее тысячу романтических идей, кото-рые ее полностью захватили). Она, несмотря на мои возражения, села на судно вместе с одной молодой дамой из русского отдела.

Я поднял парус 30 июня в 4 часа пополудни при небольшом юго-западном ветре, который всю ночь нес нас на юго-восток. У меня был план зайти в порт Геленджик, чтобы основать заведение во владениях князя Атиукая.

1 июля. Утром ветер сильнее подул на запад, и к 8 часам вечера на севере показалась Анапа на расстоянии 15 миль. Затем успокоившись, он спокойно нес нас всю ночь и доставил утром на траверс залива Суджук-Кале. В полдень ветер подул на северо-запад и дал возможность войти в порт Геленджик. Я сразу же сошел на берег вместе с переводчиком, чтобы отправить гонца в Пшат к нашим комиссионерам. Князь Атиукай, пригласивший нас к себе, принял нас весьма учтиво и предложил мне послать одного из его людей, которого я и отправил в путь.

Встреча с князем Мехметом, направлявшимся из Анапы в Пшат вместе с Мудровым и самым младшим из своих сыновей, которому было 9 лет, дала нам удобный случай возвратиться на судно. Он, казалось, был рад нашему приезду, но состав нашего груза, о котором он тотчас узнал, разочаровал его. «Соль, опять соль, — сказал он. — Ею мы будем солить наши горы и, может быть, будем одеваться». Я пытался оправдаться, прося его учесть, что г-на Скасси не было в Крыму и у меня не было возможности осуществить наши планы.
Прибытие г-жи Е. его обрадовало, и он меня уверил, что все его люди с удовольствием воспримут эту новость.