Рейтинг@Mail.ru

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию.

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию. 2018-04-05T14:04:35+00:00

Вторая ваза, много меньших размеров, содержала только золу, в которой был обнаружен скелет животного, в котором легко можно было узнать ящерицу. Случайно ли она попала туда или была положена специально, как клык кабана в другой вазе? Пусть этот вопрос разрешат люди более образованные, чем я. Я расспросил черкесов о том месте, где были найдены вазы, и узнал, что они лежали в погребениях, на глубине 3-4 футов, на юго-западной стороне, сразу после места, где был обнаружен уголь, оставшийся, несомненно, от костра. Владелец этих ваз, сказал мне г-н Тауш, был большой любитель старины. Хотя он был так же невежествен в этом вопросе, как и его соотечественники, она была его главным занятием. К сожалению, он жил слишком далеко от побережья, иначе я мог бы извлечь большую выгоду, добыв у него эти предметы.

Иностранцы, раскапывающие погребения, вызывают подозрение у черкесов, которые, находя в них куски меди, утверждают, что этой страной владели их предки, для того чтобы завладеть ими. Усердие некоторых иностранцев в приобретении древних монет после занятия Анапы русскими войсками породило в душе этого народа оригинальную идею, что это занятие не соответствует моему достоинству француза.

Индар-Оглу пришел просить г-жу Е. от имени его семьи провести у них завтрашний последний день нашего пребывания в Пшате. Я с удовольствием согласился на эту просьбу.
13 июля. В 6 часов утра я находился в 3 милях к северу от нашей стоянки, чтобы осмотреть пихтовый лес, можжевельник и дубы, которые должны были составить наш груз. По моем возвращении г-жа Е. сказала мне, что за ней пришли княжны, и села в лодку, чтобы отправиться к ним в сопровождении их братьев и г-на Тауша. Последний вернулся вечером, и мы занялись подготовкой к завтрашнему походу в глубь страны. Он сообщил мне, что у одного из жителей ущелья Мудров видел древний греческий манускрипт, содержание которого он не смог понять, поскольку он был написан греческими буквами, и что другой черкес обладает сердоликом, на котором выгравированы бык и несколько букв. Я укорил г-на Тауша за то, что он не сообщил мне сразу же о таком важном открытии, и обязал его не медлить с приобретением этих предметов. Он объяснил мне, что манускрипт тщательно оберегается его владельцем и что будет очень трудно его купить, но можно приобрести его копию.

Мой восторг по отношению к этой стране вызвал у меня множество размышлений о способах, как обосноваться здесь и насладиться доверием ее жителей, которым я хотел быть полезным. Дружба, которую выказывали мне некоторые князья, по моему мнению, была недостаточна для того, чтобы осуществить все, что я задумал. Мне нужно было приобрести мощную опору и развеять подозрения, которые еще могли иметься на мой счет, чтобы сделаться членом этого народа. Я вспомнил, что один обычай отвечает моим устремлениям и дает мне способ породниться с какой-нибудь черкесской фамилией. Обряд усыновления состоит в том, что несколько секунд нужно подержать во рту кончик груди какой-нибудь женщины, после чего она и ее муж становятся аталыками, которые отныне включают вас в число своих родных детей. Поскольку при этом нужно сделать кое-какие подарки этой семье, а у меня не было такой возможности, я отложил исполнение этого замысла до следующего приезда.

14 июля. Мы сошли на берег рано утром, чтобы встретить нашего черкесского чичероне, которого нам обещали, но, прождав напрасно некоторое время, мы решили самостоятельно добраться до назначенного места. Мы взяли с собой одного черкеса и одного матроса с киркой. Вскарабкавшись на гору с юго-восточной стороны и пройдя сквозь густую рощу, заполненную небольшими погребальными холмиками, мы достигли вершины. Там была плоская площадка с разбросанным на ней множеством таких погребений. Она ограничена с северо-востока лесом, который достигает гор, вздымающихся над ущельем, а с юга — крутизной, высотой примерно в 25 туазов от уровня моря. Мы долго колебались, с чего начать, но без инструментов нам пришлось выбрать погребение, которое, как нам показалось, легче раскопать.