Рейтинг@Mail.ru

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию.

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию. 2018-04-05T14:04:35+00:00

Убийство несчастного Бальтазара привело к запрету ношения оружия всему населению Анапы. Эта важная мера, кою паша покуда не осмеливался предпринять, была исполнена с помощью Бин-паши гарнизона, в том продемонстрировавшего самое большое рвение и всю необходимую суровость, дабы крепко держать в руках анапцев, особенно тех, кто громко высказывал свое тем недовольство.

Никто в Керчи не воспользовался своевременно советами, что я поспешил дать по поводу роста цен на соль в Анапе. Так как она сначала пребывала из Константинополя по цене 5 пиастров за кило, была куплена соль, что доставил первый русский корабль, за 4,10. Тут же она была перепродана турками черкесам за 6 пиастров. 23 июня лодка из Керчи привезла соль по 3,5; 3 июля этот товар снизился в цене до 2,5 пиастров. Но в течение этого месяца г-ну Ш., французскому негоцианту, было предложено за 1 меру соли 2 полные меры зерна, 2,5 ржаной муки, 2,5 ячменя, 3,5 овса.

Хотя соль доставалась ему самое большее за 1 рубль за кило, он не согласился. Трудно было понять, каковой была причина подобного отказа.

Теми, кто торговался по поводу груза г-на Ш., были двое черкесов, жителей долины Суха, расположенной по суше в 4 лье от Анапы. Они пригласили его приехать к ним, чтобы договориться со своей общиной. Чтобы склонить его к тому, я вынужден был пообещать сопровождать его. Я был восхищен возможностью совершить экскурсию по окрестностям Анапы, что до той поры для меня было невозможно. Сперва мы направились на воcток, поднимаясь на гору, возвышавшуюся над Анапой. Кустарники и редкие деревья покрывали ее западный склон. Далее местность стала более лесистой, а воздух наполнился ароматом огромного количества можжевельника. В 3/4 лье от Анапы находится источник очень вкусной воды, которую планируют поставлять в крепость с помощью акведука. Продвигаясь к небольшой долине Суха, мы увидели перед собой высокие горы, простиравшиеся с севера на юг. Их нужно преодолеть, чтобы спуститься в долину Суджук-Кале. Суха очень стиснута, ее пейзаж мне понравился. Огромный массив деревьев растягивается до берега моря. Именно посреди него расположились дома жителей. Пока нам готовили обед, черкесы, в гостях у которых мы пребывали, угостили нас фруктами. Г-н ш. нашел подобное невкусным, недостаточным и несколько раз требовал от хозяина своей лодки, знавшего турецкий, чтобы ему дали поесть что- нибудь другое, так как он проголодался. Видя, что никто не спешит исполнить его желание, он неистовым образом вспылил и покинул нас, чтобы возвратиться в Анапу, более не желая слышать деловые разговоры. Я напрасно горячо пытался внушить ему мой образ мыслей. Все было бесполезным. Его примеру последовал г-н Г. И они отправились пешком, не считаясь даже с опасностями дороги. Между тем на некотором расстоянии от Сухи они замедлили свой путь, и несколько черкесов, коих я оставил в неведении относительно причины приступа ярости г-на Ш., догнали их, чтобы сопроводить их. Отобедав, я тоже покинул нашего хозяина, жене которого я подарил платок, и, когда я настиг своих спутников, мы все вместе еще до ночи возвратились в Анапу.
Это приключение показало степень доверия, что заслуживают некоторые негоцианты в установленных коммерческих связях между двумя народами. Очень хорошо, что тех, у кого характер последнего, очень мало и что, как правило, они умеют предпочесть выгодную сделку обеду.