Рейтинг@Mail.ru

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию.

Тэбу де Мариньи. Поездки в Черкесию. 2018-04-05T14:04:35+00:00

Во время моего карантина я видел также приезд в Бугаз двух казанских татар, возвращавшихся из Мекки. Они сошли на берег в Анапе, возвращаясь к себе на родину на маленькой двухколесной тележке с запряженными в нее двумя конями. Эти люди выглядели достаточно состоятельными, но были и иные, из тех же краев или из Бухары, отправившиеся к могиле пророка и возвращавшиеся обратно, которые повсюду проходили, прося милостыню у христиан и у своих единоверцев. Говорят, что для них это часто является предметом достаточно выгодной спекуляции. Эти паломники садятся на судно в Анапе, Крыму, Таганроге или Одессе. На обратном пути они вновь оказываются в них.

В день моего выхода из карантина я отправился в Тамань, где и провел ночь. На следующий день, 18 августа, я совершил визит к старому генералу Бабаедову, командиру Таманского полка, который засыпал меня в Бугазе любезностями. Ветер, очень сильный утром, к полудню стих и позволил кораблю, нами арендованному, попробовать пройти пролив. Мы на веслах прошли вдоль южной банки Тамани, по всей ее протяженности. Она заполнена маленькими песчаными островами, большинство из которых покрыты камышами. Люди наши отдохнули на последнем и в 6 часов вечера мы прибыли в Керчь, где находился граф де Ланжерон. Не оставив мне времени сменить костюм, он пригласил явиться к нему. Этот генерал отъехал 12 (24) августа, чтобы направиться в Одессу, я тоже не замедлил в свою очередь возвратиться в Феодосию, куда прибыл, наконец, 18 (30)-го числа через 4 месяца и 29 дней после моего отбытия.

Приложение

В конце 1824 года анапский Санджак был присоединен к трапезонтскому Пашалыку, а двухбунчуковый паша сменил Саид-Эльмир-Ахмеда, удалившегося в Синоп.
В 1825 году трапезонтский паша Чичен-Оглу- Ассан сам явился в Анапу. Он приложил все свои усилия, чтобы доказать племенам, проживающим между Черным морем, дорогой из Моздока в Тифлис, Кубанью, Мингрелией и Имеретией всю выгоду, что они обретут, покончив с неопределенностью своего политического существования, признав своим властелином султана, который тогда будет иметь право действенно защищать их от нападений России. Самая большая их часть согласилась сделать это, но их клятва верности была дана и принята лишь с оговоркой, что она нисколько не ограничит их независимость и станет лишь средством, что следует использовать против России.

Мне сообщили, что 2 русских корабля возвратились в 1826 году на побережье натухайцев и что вскоре после того они более там не появлялись. Анапский паша объявил в тот год, что он берет на себя ответственность за все убытки, понесенные торговцами, которые обратятся к нему, чтобы защитить для себя конаков.

В 1826 году экипаж маленького военного русского корабля, севшего на мель в Анапе, получил со стороны Чичена-Оглу самую дружескую помощь; один офицер, посланный в целях его спасения, был очень хорошо встречен, и русским абсолютно не пришлось выражать неудовольствия ни пашой, ни черкесами.

Война, однако, продолжалась на Кубани, где между казаками и горцами происходили частые бои. Генерал Власов во время экспедиции, проведенной на левом берегу реки, предал все огню и мечу и, отпустив, увел несколько пленников, среди которых оказались дочери могущественного князя Калабата из племени натухайцев. Генерал Стрекалов, адъютант Его Величества императора России, прибыл в мае месяце в Бугаз и в Екатеринодар. Черкесы пожаловались ему на своих соседей казаков, но ничего не сказали о своих набегах на них и не пообещали своей дружбы России. После этих встреч дочери Калабата были возвращены их отцу со значительной суммой денег в качестве компенсации.