Рейтинг@Mail.ru

Византийские источники по истории древней Руси и Кавказа. М. В. Бибиков

Византийские источники по истории древней Руси и Кавказа. М. В. Бибиков 2018-04-05T12:25:44+00:00

Итак, по четкому и краткому сообщению Киннама, решительное вмешательство пеших «британских» секироносцев, разрушивших укрепление, позволило византийцам одержать верх; по более беллетристичному рассказу Никиты Хониата, этому способствовало чудесное действие иконы Богородицы; Михаил Италик считает, что победой ромеи обязаны севастократору Андронику, монодию в честь которого он пишет; это же относится и к Никифору Василаки, обращающемуся с речью к Иоанну Аксуху. Таким образом, жанр произведения у каждого автора обусловливает и логику объяснения событий.

Можно предположить, что военные действия завершились уже на левом берегу Дуная: Феодор Продром отмечает подвиги севастократора Андроника за Дунаем; Никифор Василаки говорит, что кровью врагов окрасились потоки Истра.

Об итогах последней войны печенегов мы узнаем главным образом от Киннама и Никиты Хониата. Большая часть оставшихся в живых и сдавшихся византийцам была расселена в ромейских пределах (Кинн., 8.12—22; Н. Хон., Ист., 16.4—8). Хониат указывает на то, что это была западная часть государства (Н. Хон., Ист., 16.7; ср.: Ф. Пр., И. Ст., XXIX. 6—16; XXV.35; XXV.88). Такое определение не противоречит представлению византийцев о локализации По дунавья. Кроме того, немалая часть «скифов» бы-ла зачислена во вспомогательные отряды визан-тийской армии (Кинн., 8.22; Н. Хон. Ист., 16.8—9). Действительно, в дальнейшем мы встречаем печенегов в составе ромейского войска: во время войны Иоанна II в Киликии в 1138 г. при взятии Нистии (Н. Хон., Ист., 29.52), затем Шайзара (Н. Хон., Ист., 30.70), в половецкой войне Ма нуила 1148 г. (Кинн., 94.15—20), возможно, в битве у Бари в Италии (Кинн., 143.6—11), в походе на Кылич-Арслана II в 1160 г. (Кинн., 199.12), в кампании Мануила I в Бенгрии в 1165 г. против Стефана III (Кинн., 236.13—18), в битве у Срема в 1167 г. (Кинн., 271.3). Наконец, большая часть пленников, по Хониату, была продана (Г. Хон., Ист., 16.9—10).

По случаю победы был устроен триумф (М. Ит., 285.3) с молебном и установлен праздник, названный, как сообщает Хониат, праздником печенегов, в память о совершенном (Н. Хон., Ист., 16.11—14). Об окончательном истреблении Иоанном II Комнином своих врагов говорят и Феодор Продром (Ф. Пр. И. Ст., V.25; XXV.36— 37; LXXI.19), и Михаил Италик (83.18—24), и Никифор Василаки. Повидимому, эта победа над печенегами в Византии воспринималась современниками как решающая и окончательная.

Значение византийских хроник для изучения исторических судеб печенегов не исчерпывается чисто информативной нарративной стороной дела. Сопоставление их свидетельств с материалами византийских риторических произведений конкретизирует обобщенные данные последних, расширяя тем самым круг источников по интересующим нас событиям. В результате в качестве источников по печенежско-византийской войне 1121—1122 гг., помимо исторических трудов Киннама и Хониата, могут быть привлечены речи и письма Михаила Италика, стихотворные сочинения и монодия в честь Андроника Комнина в прозе Феодора Продрома, речь Никифора Василаки, адресованная императору Иоанну Комнину, его же энкомий в честь севаста Иоанна Аксуха, типик константинопольского монастыря Панто кратора, речь Евстафия Солунского, обращенная к василевсу Исааку Ангелу, стихи неизвестных авторов XII в. в Венецианском кодексе 524 XIII в. Из негреческих источников данные об этом событии мы получаем также в сирийской хронике яковитского патриарха Востока Михаила Сирийского: привлекаем и сведения о кочевниках в мемуарах французского рыцаря Роберта де Клари.

Сообщения византийских хроник о последней печенежсковизантийской войне сопоставимы с кратким упоминанием Ипатьевской летописи о судьбах группы кочевников при князе Владимире. В этом случае раскрывается большое содержание краткой заметки русского источника. На основании этого последний набег печенегов (и узов) на Византию из-за Дуная ставится в связь с событиями русской истории и в известной степени объясняется ими. Таким образом, вытеснение печенегов и узов с территории Руси отразилось на судьбах Юго-Восточной Европы, куда продвигались остатки этих кочевых племен.