Рейтинг@Mail.ru

Вперед, вперед, моя исторья!

Вперед, вперед, моя исторья! 2018-04-05T14:06:01+00:00

 

Начался новый и последний этап в жизни вольного запорожского сообщества. В Новой Сечи сохранялись еще многие демократические традиции и обычаи, но в то же время все более развивались те общественно-экономические отношения, которые вносили серьезные коррективы во внутреннее устройство и жизнедеятельность некогда монолитного социального организма. Запорожское казачество в это время занимало довольно значительную территорию, делившуюся на округа, называвшиеся паланками. В 1740-е годы их было пять, с ростом населения увеличилось до восьми. Располагались они по обе стороны Днепра. Административным и военным центром паланки была слобода, где находились небольшой военный гарнизон и паланковая старшина. Ее возглавлял полковник, которому подчинялись выборные атаманы сельских обществ («громад») и зимовников (хуторов).

В обществах проживали как казаки, так и местные крестьяне («посполитые»). Руководство Запорожьем осуществляла сама Сечь, где пребывали кошевой атаман, войсковой судья, войсковой писарь и другие представители кошевой старшины. Здесь же дислоцировался и основной запорожский гарнизон. Сечь представляла из себя военное укрепление, внутри которого располагалось 38 куреней. Это были продолговатые бараки, крытые камышом, в которых жили казаки гарнизона и только что пришедшие в Сечь. Последние были обязаны приписаться к одному из куреней.

Запорожцы как воины делились на конных и пеших. Бедные обычно служили в пехоте. Для военных действий по вызову Запорожского Коша в Сечь, постоянный гарнизон которого насчитывал до 300 человек, являлись казаки из паланок и даже те, кто жил за пределами войсковой территории. Вооружались казаки за свой счет, но было немало и серомых (бедных), которые самостоятельно это сделать не могли. Большинство из них в мирное время трудились по найму у более зажиточных казаков, чаще всего в зимовниках. В 60-е годы XVIII века было не менее 4000 благоустроенных хуторов. Они принадлежали войсковой старшине и богатым казакам.

Так, у кошевого атамана П. И. Калнишевского в 1775 году во время ликвидации Сечи было конфисковано 639 лошадей, 1076 голов крупного рогатого скота, 14 045 овец и коз, 106 свиней и даже 9 верблюдов. У войскового писаря И. Я. Глобы в зимовниках насчитали 336 лошадей, 889 голов крупного рогатого скота, 12 463 овцы и козы, 86 свиней. Кроме того, у них были собственные водяные мельницы и значительные капиталы.

На своих хуторах немало проживало и зажиточных казаков. Так, в 1769 году был составлен реестр казаков, пострадавших от нападения татар. Среди них был казак Батуринского куреня Грицко Легкий, у которого татары сожгли зимовник и угнали 230 лошадей, 150 голов крупного рогатого скота и 800 овец. Казак Ирклиевского куреня Андрей Губа потерял 860 голов разного скота, казак Шкуринского куреня Иван III моргун — 760, казак Титаровского куреня Андрей Придаток — 4207 и т. д. Были, однако, и казаки, зимовник которых состоял из убогой землянки. Рост серомы усиливал социальное расслоение внутри казачьей общины, разрушал принципы равенства и братства запорожского сообщества.

Выборы атаманов, войсковой старшины все чаще превращались в формальное действо, организованное самой старшиной. Выборная должность давала теперь ее носителю не только власть, но и материальные выгоды. Одного только жалованья от царского правительства кошевой атаман, судья и писарь втроем получали больше, чем все сечевики любого из 38 куреней. Казаки нередко привлекались на бесплатные работы в зимовниках запорожской старшины. Вот почему власть имущие стремились сохранить ее за собой как можно дольше. И это им обычно удавалось. И. Малашевич избирался кошевым атаманом девять раз, П. Калнишевский — 10.